— Тебе нравится, когда я наказываю тебя как шлюху, Бьянка?

Гнев клубится в ее взгляде, и она пытается ударить меня локтем, но я предугадываю движение и блокирую ее, прежде чем она успевает нанести какой-либо ущерб. Я хихикаю, низко и злобно, одной рукой сжимая ее запястья, а другой шлепая ее по клитору. Ее ответный стон говорит мне о том, что ей нравится моя дисциплина, даже если она продолжает брыкаться и рычать в моей хватке.

— Я хочу развестись, — прорычала она. — Мы даже не состоим в законном браке, поскольку не консумировали брак. Я буду добиваться аннулирования брака.

— Интересно, — ворчу я ей в ухо, пробираясь рукой между ее ног. Влага покрывает мои пальцы, и становится ясно, что, хотя она и ненавидит меня, ее тело явно любит. — Может быть, нам нужно исправить это упущение. Может быть, мне нужно трахнуть тебя прямо здесь и сейчас.

Мои пальцы продолжают работать с ее киской, играя с ее клитором, прежде чем я ввожу в нее пальцы на всю длину, открывая ее для себя ее тугую девственную дырочку. Дрожь пробегает по ее позвоночнику, и я понимаю, что она нуждается в этом так же сильно, как и я.

— Посмотри в зеркало, printsessa.

Посмотри, какое удовольствие я тебе доставляю.

Она делает то, что я говорю, ее восторженное выражение лица и полузакрытые глаза выдают, как она возбуждена. Я продолжаю обрабатывать ее клитор большим пальцем, а мои пальцы раздвигают ее тело для моего члена. Она толкается в мою руку, стонет, и звук ее влаги заполняет небольшое пространство ванной комнаты. Еще один жесткий круг по ее клитору — и она кончает вокруг моих пальцев, как чемпионка.

— Какая хорошая девочка, — похвалил я ее, когда она застонала. — Посмотри, как ты меня намочила.

 — Я подношу блестящие пальцы к лицу, и когда они оказываются у меня во рту, я облизываю их дочиста, пока она содрогается всем телом. На вкус она так же хороша, как и на вид — сладкая, с соленым привкусом. — Ты готова к моему члену? Как ты так метко заметила, нам еще нужно закрепить этот брак физически.

Ее глаза встречаются с моими в зеркале. Она выглядит противоречивой, внутри нее разгорается спор, но я легко принимаю решение.

— Раздвинь ноги, — приказываю я, наклоняя ее. Речь идет уже не о наказании, а о том, чтобы доставить ей удовольствие и взять то, что принадлежит мне.

Мрамор впивается в ее бедра, но она не жалуется. Вместо этого она выгибает спину, представляя мне свою киску. Моя непослушная девочка хочет этого, как и я.

Я останавливаюсь на мгновение, понимая, что еще не попробовал ее на вкус. Я оттягиваю ее подбородок и накрываю ее рот. Ее губы теплые и настойчивые, а на вкус она как текила и рай. Я хмыкаю, когда она откидывает голову назад, давая возможность ее языку проникнуть в мои губы. Одной рукой я ласкаю ее грудь, а другой крепко сжимаю ее бедро.