Я устраиваюсь в шезлонге, закуриваю сигару Cohiba и наслаждаюсь тишиной. Возможно, это последний момент спокойствия, который мне предоставлен за долгое время. Потому что управление самым эксклюзивным казино Нью-Йорка — это огромная задача, но я готов к этому вызову.

Убийство моего отца два года назад перевернуло мою жизнь с ног на голову. Я больше не мог быть тусовщиком семейства Козловых, месяцами путешествующим, живущим светской жизнью, прыгающим с яхт на частные острова. Как и мои братья, я практически в одночасье был вынужден возглавить Козловскую Братву. Под руководством Андрея наше братство стало сильнее, чем когда-либо, и наш бизнес расширяется, поэтому вместе с этим выросли и мои обязанности.

Но меня беспокоит нечто большее, я просто не знаю, что именно. Мне тридцать один год, и я слишком молод для кризиса среднего возраста, не так ли?

Смех с вечеринки доносится до меня, и взгляд в сторону двойных дверей террасы подтверждает, что я здесь больше не один. Я по-прежнему купаюсь в тени, моя сигара давно погасла. Безумец и его спутница выходят на каменную террасу. Прежде чем я успеваю заявить о своем присутствии, меня приветствует звук злобной пощечины."

"Я поднимаю голову и вижу, как молодая женщина держится за щеку, слезы наполняют ее глаза, когда этот засранец приближается к ней.

— Ты чертова сука. Ты знаешь, как важен для меня сегодняшний вечер. Почему ты не могла держать язык за зубами? Из всех людей ты оскорбляешь гребаного мэра.

Тяжело дыша, она отводит руку от лица, и на ее щеке от того места, где он ее ударил, расцветает красная отметина. Мне нужна вся моя сила воли, чтобы не подскочить к нему и дать ему возможность выбрать кого-то своего размера. Я не терплю насилия в отношении женщин. Никогда. Но если я вмешаюсь прямо сейчас, ей может стать только хуже. Так что жду, чем это закончится.

Ее челюсть сжимается так сильно, что кажется, будто зубы вот-вот сломаются.

— Он ущипнул меня за задницу. Я вежливо попросила его держать руки при себе. Чем это его оскорбляет?

Диас хватает ее за руку, сжимая ее, как тиски. Его захват предназначен для причинения боли.

— Неверный ответ. Когда такой человек, как мэр, хочет ущипнуть тебя за задницу, ты позволяешь ему.

— Отпусти меня, — шепчет она, пытаясь вырвать свою руку из его хватки, но он не отпускает ее. Она упрямо выставляет подбородок, и я восхищаюсь ее храбростью перед лицом его грубой силы. Этот ублюдок действительно сумасшедший.

— Я никогда не отпущу тебя, bonita (пер. испан. красивая). — Он притягивает ее тело к своему. — Ты моя… навсегда.

Ее глаза сверкают яростью, но мгновение спустя ей удается сгладить выражение лица. Ее склоненная голова и опущенные глаза вызывают одобрение Диаса.