Даже сейчас, когда я представляю его руки на Бьянке, у меня на виске пульсирует вена.

— Не возвращайся к нему сейчас. Он пьян и зол. Я его унизил. Он выместит свою злость на тебе, и это будет некрасиво. — При взгляде на темный синяк на ее руке в том месте, где он схватил ее раньше, у меня учащается пульс. — Я приведу тебя к нему завтра. Он все равно будет в ярости, но, по крайней мере, он будет трезв.

Она проводит рукой по лицу, обдумывая мои слова. Наконец, она вздохнула, обхватив себя руками в знак поражения.

— Ладно. Только на сегодня.

Я киваю.

— Я возьму вину на себя. Я скажу, что ты боролась со мной, сделала все возможное, чтобы сбежать.

Она лишь печально качает головой, ее плечи опускаются в знак поражения.

— Такого не бывает.

Я хочу сказать ей слова утешения или успокоения, но не могу. По крайней мере, не могу сказать правду. Поэтому, в который раз в жизни, я держу рот на замке.

* * *Три часа спустя я наблюдаю за тем, как солнце заходит за горизонт на террасе моего пентхауса. Бьянка спит в свободной спальне с того самого момента, как мы сюда приехали. Я пью уже пятый бокал Stoli, и водка прекрасно действует на нервы. Я не усну, но, по крайней мере, злобные мысли, роящиеся в моем мозгу, утихли. Теперь я чувствую онемение. Мои эмоции приглушены, заглушены, как сигарета, брошенная под ноги. Это хорошее место.

Знакомое место."

"Потому что я не тот человек, который влезает в чужое дерьмо. Я не люблю запутанных отношений, особенно с женщинами. Я рано усвоил, что если чувства не задеты, то их нельзя ранить. Это урок, который преподала мне жизнь, и он оказался отличным щитом, особенно в этом мире.

Да, я люблю свою семью, но это значит, что я волнуюсь за нее как сумасшедший. И мне не нужно беспокоиться еще об одной чертовой вещи в моей жизни. Так что лучше завтра передать Бьянку Хорхе и забыть о ней. Даже если ее мощная смесь уязвимости и силы пробралась мне под кожу. Это не должно ничего значить.

Я наливаю себе последнюю рюмку из бутылки, смотрю, как день расцветает над гладью воды, и тут звонит мой сотовый. Мне не нужно смотреть на телефон, чтобы понять, кто звонит в этот час.

— Brat, — говорю я, принимая звонок. Мой брат ненавидит, когда я его так называю. Это русское слово ""брат"", но меня всегда забавляло его значение в английском языке. — Звонишь так рано?

— Что ты натворил, Даниил? — Его голос пронизан темным льдом. Слова дошли быстрее, чем я ожидал.

— То, что должен был. Ты не должен беспокоиться об этой… ситуации. Я держу ее под контролем. — Откровенная ложь. Я ничего не контролирую.

Он издал шипение на другом конце линии. Мой старший брат. Всегда такой серьезный.

— Очевидно, что нет, иначе я бы даже не знал об этой ситуации. Кроме того, ты сейчас слишком пьян, чтобы умничать, так что заткнись. Я пришлю за тобой водителя.