— Что? Ты носишь ее при себе? Ты не говорил об этом!

Он поднес мандрагору к медальону, медленно наклонил медальон набок…

— Боже мой! — воскликнула Мали. — Кусочек корня точно подходит! Значит, он был просто отрезан! С облегчением вздохнув, Андре сказал:

— Твоя прабабушка унаследовала этот медальон от своего деда Хавгрима. От Кристера Грипа! И доказательство этого — на столе! Добро пожаловать к Людям Льда, Мали!

10

На следующее утро, подходя к автомобилю, Мали сказала:

— Теперь, когда ты нашел требуемые доказательства, уже нет необходимости ехать в Эльвдален?

— Теперь это важнее для нас, чем когда-либо.

Я должен отыскать других предполагаемых потомков Кристера Грипа. Тебе хочется вернуться домой?

— Куда мне возвращаться? Нет уж, поедем в Эльвдален.

— А ты, Нетта?

— Конечно, я тоже поеду, это так интересно!

— Мне тоже так кажется. Как твоя голова?

— Спасибо, превосходно!

Нетта ничего не сказала о том, что она долго-долго лежала без сна и плакала, от чего голова разболелась еще сильнее. Она оплакивала свою судьбу, потому что ее преданность этому молодому человеку усиливалась с каждым часом.

Ситуация становилась для нее совершенно невыносимой, поскольку у нее не оставалось больше никаких надежд.

Она не испытывала к нему эротического влечения. Нет, ее чувство было более тонким. Сердечность, которую можно было назвать любовью, потребность доставить ему радость, сделать для него что-то.

И она могла это делать, пока он был свободен. Но если бы он влюбился в какую-нибудь девушку — например, в Мали — Нетта сразу бы почувствовала себя лишней и ненужной.

Поэтому ее и мучила бессонница.

Тем не менее, в это утро она чувствовала себя бодрой. Реакция могла наступить позже, среди дня, но тогда она будет просто дремать, как старуха, на заднем сиденье и клевать носом, не слыша, о чем болтают молодые.

Но Андре удивил ее, сказав:

— Мне кажется, если ты хорошо себя чувствуешь, Нетта, твоя очередь сидеть впереди. Что ты скажешь на это, Мали?

— Я не против, — усмехнулась девушка. — Первые две мили до остановки, а потом мы поменяемся.

— Еще чего, — ответил Андре.

— Нет, я просто пошутила, — тут же сказала она. — Пусть Нетта сядет впереди, я готова пойти на такую великую жертву!

— Не строй из себя мученицу, — засмеялся Андре. — Ты все равно никого этим не разжалобишь!

И они тронулись в путь."

"День был таким же солнечным, как и предыдущий, но дорога на границе Норвегии и Швеции была просто ужасной. Им не раз хотелось повернуть обратно, и каждый раз, справляясь с трудностями, они чувствовали, что сжигают позади себя мосты.