Девушка чувствовала, что ему нравиться взвиваться вверх практически в места, словно крылья выросли за спиной!

Но не сегодня.

Нет, Гром прыгнул, но Дария, сильно подавшись вперед, чуть не вылетела из седла. Все было неправильно! Но признать себя побежденной и просто сойти с дистанции? Ну, уже нет!

Канаву она преодолевала, вися на ремне, который обвивал голову коня, под разгневанное ржание.

- Прости, Громушко! Прости!

Конь потихоньку сбавлял ход, пока не остановился. Она разжала горевшие от боли руки и сползла на землю. Прямо под ноги коню. Тот обеспокоенно посмотрел на нее, словно хотел сказать: «Что с тобой сегодня? Почему старших не слушаешь?»

Девушка поцеловала коня в склоненную морду.

Гром тяжко вздохнул – и отошел подальше от этой ненормальной, но такой любимой девчонки.

- Что?

- Как?

- Живой?!

К ней подлетели Патрик и мэтр Ди.

А на горе-жокея напал беспричинный смех. Истерика. Ну, такие у них были перекошенные лица – просто умора!

- Головой двинулся? – спросил Патрик почему-то у Грома.

- Фррррр! – ответил ему конь, и все отчетливо услышали, что ничем всадник не бился – потому как он – скакун приличный. Но мозги в головушке пора проверить.

Во избежание.

- Послушайте, юноша! – мэтр покачал головой.

Дария поднялась и постаралась подавить истерический смех. Получилось плохо. Внутри все булькало, коленки тряслись, в голове звенело.

- Да что с вами?

- Не знаю! – она села на землю, обхватила колени руками.

- Что с ним? – вдруг заговорил его высочество, и смех, что до сих пор невозможно было унять, застрял в горле. – Я вам скажу, что с ним, метр. Он просто дрянной мальчишка, не ценящий то, что ему дали. Он чуть не угробил коня, которого ему доверили сводные сестры.

А этот конь – все, что у них есть! Еще одна подобная выходка – я отберу коня и отдам Хелен!

Принц запнулся, увидев слезы в глаза Барта. Махнул рукой и зашагал прочь.

- Барт… - начал мэтр Ди.

- Не надо. Его высочество абсолютно прав. Я…"

"Дария тяжело поднялась на ноги, взяла Грома за повод и побрела прочь, сгорбившись, как двухсотлетний старик.

- Бааарт, - окликнул его мэтр, размышляя о том, какая муха укусила этих двоих?

И мальчишку, который сам на себя был сегодня не похож и принца, что, увидев, как бастард Адорно рухнул с коня – просто голову потерял.

- Все завтра, - нашла в себе силы обернуться Дария. – Завтра – я смогу!

Оставила Грома в охраняемой конюшне, пересела на коня, что ей выдали. Буланый на обратном пути сам выбирал аллюр. Он то тащился шагом, прислушиваясь к страдающему шмыганию носом, то пускался рысью, когда вспоминал, что он породистый и чистокровный. Всадник на его спине ни на что не реагировал.

Лишь вздрогнул, когда на повороте около реки им наперерез выскочили четыре тени.

- Ты попал, птенчик!

Хриплый голос. Черные плащи и маски.