Неведомо как, но бедолага смог собрать заговорщиков. Ни много, ни мало, собирался вырезать весь Сенат, а после него и большую часть патрицианских родов Рима. Вернувшись затем к древним временам царей. Хорошо, что успели обнаружить до того, как поверившие его словам фанатики, принялись лить кровь.

— Зачем тебе это? Хранители иногда притаскивают из Пробоев что-то интересное, да и ценные вещи там порой находят. Но зачем тебе всё это? Ради чего их истреблять? Что такого может скрываться в их архивах?

Интересно. То есть даже не все члены императорского рода в курсе реальной ситуации с Пробоями.

— Ты знаешь, чем на самом деле являются Пробои?

Ненадолго задумавшись, смертный пожал плечами.

— Хранители утверждают, что существует несколько приоритетных теорий.

Я продемонстрировал ему усмешку.

— Есть всего одна правдивая. Попробуй сейчас догадаться сам. И понять, как это может уничтожить наш мир, если ничего не предпринять.

Надо отдать юноше должное — размышлял он совсем недолго.

— Ты о том, что Пробои, это обломки иных миров, уничтоженных катаклизмом?

До полной версии событий, пока было рановато, поэтому я озвучил ему краткую.

— Можно и так сказать. Только добавь сюда, что катаклизм отнюдь не завершён. И он скорее всего имеет не совсем естественную природу.

Вот теперь он задумался надолго. Как минимум, секунд тридцать сидел в кресле, сверля меня взглядом. Наконец задал простой вопрос, который на мой взгляд, не требовал столь долгой подготовки.

— Почему ты так решил? Какие доказательства?

Порыв смертного был понятен, но я лишь отрицательно качнул головой.

— Нет смысла это обсуждать. Сейчас речь о престоле империи. Всё остальное потом, когда ты уже станешь императором.

Тот так скривился, как будто ему предлагали продать в рабство собственных детей.

— Если Пробои действительно настолько опасны, нужно ввести в курс дела остальных! Независимо от того, кто в итоге будет императором. Ты же понимаешь, что это угроза для всего мира?

Он впился яростным взглядом в меня, я с усмешкой смотрел на него. Через несколько мгновений до царевича начало доходить. Широко распахнув глаза, он осел в кресле, а вид с решительного сменился на озадаченно-неверящий. Я же наклонил голову в утвердительном кивке.

— Думаю почти все из облечённых властью, в курсе. Но не слишком этим интересуются, отдав всё на откуп Хранителям. А у тех есть свои интересы, которые не пересекаются со спасением человечества.

Со смертными всегда так. Если угроза где-то в далёком будущем и с ней не нужно разбираться в ближайшие дни или даже годы, то можно задвинуть вопрос в дальний угол, сосредоточившись на чём-то ином. Уж тем более, когда речь идёт про опасность, которая с их точки зрения вовсе эфемерна.