Звонок следует за звонком, и я понимаю, что плюс ко всему Юсупов, кажется, еще и трудоголик, заставляющий свою команду работать двадцать четыре часа в сутки, иначе как объяснить такие поздние звонки, хотя.

Прислушиваюсь и понимаю, что, скорее всего, звонящие ему подчиненные живут в других часовых поясах. И у нас ночь, а там..там вполне себе рабочий день.

Наконец, Юсупов откладывает телефон и сильные пальцы, длинные, с красивыми и ухоженными лунками ногтей, тянутся к узлу галстука, повязанного безукоризненным виндзорским узлом.

Надо же, даже такие киборги, что ли, устают. Мужчина не просто растягивает узел галстука, он его снимает. Расстегивает пару пуговиц на сорочке, демонстрируя смугловатую кожу.

Отчего-то становится жарко, и я отвожу взгляд. Смотрю в окно, пытаясь прийти в себя и собрать свои разбегающиеся мысли. Внезапно начинаю чувствовать пристальный взгляд, кожа на виске будто чесаться начинает.

Осторожно бросаю взгляд на миллиардера и не ошибаюсь. Наши взгляды сталкиваются. Мой растерянный и его тяжелый, задумчивый.

Опять смотрит на меня и неожиданно подается вперед. Короткое, жалящее касание и резинка с моих волос сорвана. Русовато-каштановые прядки падают на плечи, а я от шока и растерянности даже сказать ничего не могу наглому олигарху, который неожиданно запускает свою руку ко мне в волосы и сжимает пальцы, заставляя меня податься вперед.

Мы замираем друг от друга буквально на расстоянии поцелуя, мой рот распахивается от шока, а карие глаза мужчины с желтоватыми прожилками рассматривают меня, медленно скользя по коже, обжигая и останавливаясь на моих приоткрытых пухлых губах, чуть влажных.

Захват в моих волосах становится ощутимее, а взгляд Юсупова темнеет. У него зрачок расширяется, а затем мужчина прищуривается и мне вдруг кажется, что я действительно жалкая зайка в руках матерого волчары, который может рассечь сильной лапой с острыми когтями.

— Вы. вы пугаете меня, - наконец, дар речи возвращается, и я лишь чудом проговариваю осторожно и спокойно, хотя сердце бухает в груди по-сумасшедшему, только я вспоминаю, что при общении с хищниками, да и вообще в опасных ситуациях, необходимо не делать резких движений, не провоцировать.

И вот сейчас я мягко накрываю ладонью запястье мужчины, немного давлю, будто пытаясь достучаться, и мы замираем в такой позе. Так странно.

У меня кончики пальцев жечь начинает от подобного касания, а еще импульсы, подобные электрическим разрядам, пронизывают.

Салон становится неожиданно темным и единственным маяком служат необыкновенные глаза мужчины, который нависает надо мной, и его плечи, кажется, закрывают весь кругозор. Такой может укрыть собою от всех невзгод, но.