Просчитала тварь, что девочка меня заинтересует, не могла не заинтересовать, теперь я это понимаю. А потом сынок ее пришел, якобы помощи просить.

Хотели девчонку под меня подложить и информацию из первых уст, так сказать, получать? А Саша характер показала, ясно теперь откуда ноги растут и какова была истинная причина подставлять мою жену, поняли, что ни черта от нее не получат, так хоть отыграться можно на ненавистной падчерице.

Но несмотря на всю изворотливость, у Марго кишка тонка в одиночку со мной тягаться, да и ресурсов не хватит, опять с кем-то спелась, как и восемь лет назад? Наверняка.

— Котов слишком тупой, чтобы провернуть это в одиночку, — произнес я, — кто еще? Имя!

— Со мной связывался только Матвей, — простонал он.

— Что, конкретно, от тебя требовал Котов?

— Все что смогу узнать — распорядок для, передвижение, охрана в доме, встречи, партнеры, любовницы, — прохрипел Антон, периодически поглядывая на свою девицу.

— И много успел рассказать? — спросил я, хватая его за подбородок, — на меня смотри, мразь!

— Не особо, — попытался вырваться из захвата, но я еще сильнее сжал его челюсть, знаю что больно, пацанам тебя отдам еще больнее будет, за все, сука, ответишь, — этот, — кивнул на Олега, — к важной информации никого не подпускает.

Естественно, паранойя Олега дико раздражала, но стоило признать, друг знает, что делает, объясняет это и то, почему мы так долго не могли вычислить Антона, сука, просто затих, понимая, что пока я подозреваю Сашу, ему выгоднее всего затаиться.

— Сашу тоже Матвей приказал подставить? — задал я вопрос, заранее зная ответ, но хотелось убедиться, — или твоя инициатива?

— Матвей, — подтвердил Антон, — говорил, что заслужила сука.

Понимал, что он слова Котова повторяет, но все равно не сдержался, двинул по роже, чтобы впредь подбирал выражения.

— Кто еще инфу сливал, помимо тебя?

— Никто, — покачал головой, — во всяком случае мне ничего не известно.

— А, если подумать? — жестом указал пацанам на девку, — девочку сейчас твою оприходуем, а ты пока пораскинь мозгами, Антоша.

— Не подходите ко мне, — заверещала девчонка, когда до нее дошел смысл моих слов, если бы могла, то со стеной бы уже слилась, так сильно теперь к ней жалась, — я не виновата ни в чем, я ничего не знаю!

Не знает она и в ментовку не она, конечно, звонила.

— Не трогай ее, — простонал ушлепок, — я больше ничего не знаю, не было больше никого, а она не виновата, отпусти ее."

"— Не виновата? Отпустить? — послышался голос Саши, которая все это время молча наблюдала за происходящим, — это ведь она звонила, не так ли?

— Нет, — продолжал стоять на своем Антон, — это я, я звонил, голос на женский изменил.