Спустя несколько секунд, почувствовав, что я немного расслабилась, Дима начал медленно двигаться, делал он это максимально осторожно, стараясь причинять мне как можно меньше боли и меня это невероятно злило, больно было только в самом начале, теперь я хотела, чтобы он двигался так, как хочется ему, ни к чему мне эти нежности. Поэтому чуть приподнявшись, обвила его шею руками притянула к себе и прошипела:

— Двигайся, черт тебя дери, хватит сдерживаться, покажи мне, как это должно быть!

Я знала, что он может, чувствовала, что этот мужчина способен подарить мне ни с чем несравнимое удовольствие и раз уж я на все это решилась, я хочу получить все, что он может мне дать. Не зря же столько разговоров вокруг секса ведется.

— Блядь, черт… — в очередной раз выругался Демин, но все-таки задвигался, быстро, жестко, выбивая остатки воздуха из моей груди, схватил меня за волосы и впился зубами в мою шею. Каждый его толчок отдавался волной удовольствия и приближал к той самой черте.

— Так? Так тебе нравится? — рычал Дима, все сильнее вдалбливаясь в меня, — нравится? Маленькая стерва! Черт, какая же ты… — прошипел он, впиваясь мне в губы, это было так незнакомо, так страстно, легкая боль смешанная с удовольствием — взрывная смесь, как раз то, что мне было нужно.

— Да, Боже, да, — я задыхалась от нахлынувших ощущений, цеплялась за ворот рубашки, которую он так и не снял, царапала плечи и впивалась зубами сквозь плотную ткань, — еще, Димочка, пожалуйста, быстрее, — умоляла я. Черт, если в первый раз мне так хорошо, то что же будет дальше, чертов демон.

«Я точно сошла с ума, иначе какого черта я творю и почему мне так хорошо?»"

"Выругавшись себе под нос, раз уже наверное в двадцатый за последние несколько минут, Дима нащупал большим пальцем клитор и задвигался еще быстрее, одновременно стимулируя чувствительный бугорок, еще несколько ритмичных толчков и умелых движений рукой и я взорвалась, разлетелась на мелкие кусочки, прижалась к мужу и поцеловала в губы, продлевая эти невероятные ощущения.

— Черт, черт, черт, — прорычал Дима мне в губы, и я почувствовала, как запульсировала его плоть, а через секунду он застонал и кончил глубоко внутри меня.

— Твою мать, — в последний раз выругался Дима, все еще находясь во мне, — ты сумасшедшая, слышишь, сумасшедшая, — прохрипел он и прижал меня к своей груди.

— После такого, я даже готова признаться тебе в любви, — рассмеялась я

Немного отдышавшись, слегка толкнула Диму и попыталась слезть со стола. Волны возбуждения уже сошли на нет и почувствовав саднящую боль между ног, я поморщилась и зашипела, что не ускользнуло от цепкого взгляда Демина.

— Сильно болит? — спросил он, подхватывая меня на руки.

— Немного, — честно ответила я, — куда ты меня несешь?

— В душ.