Три дня продержался и поехал к ней, свадьбу обсудить, да на кой хрен мне вообще упало что-то обсуждать, Инга обо всем позаботится, мнение девчонки меня вообще волновать не должно, какая разница, чего ей там захочется? А все равно поехал, нашел предлог, блядь. И все-таки что-то мне не давало покоя, интуиция меня никогда не поводила, не простая она девочка.

«Что же в тебе особенного, Александра?»

Саша в очередной раз доказала, что не боится и истерить по поводу свадьбы не собирается, умная девочка, но, если это всего лишь игра по сценарию мачехи и братца, она ответит, жестоко ответит. Ее семье я не доверял, слишком скользкие, изворотливые, во всем ищут выгоду.

— Думаешь, ты особенная? — спросил я.

— Уверена в этом, — без тени сомнения ответила девчонка, — ты удивишься насколько, к тому же, ты же меня почему-то выбрал, хотя, я уверена, женщин в твоей жизни было не мало.

Голос ровный, спокойный, говорит так, будто не я ее выбрал, а она мне позволила так думать.

— Может мне нравятся молоденькие девочки?

— Возможно, вот только я не единственная в городе молоденькая девочка, — все также уверенно отвечала Саша, — однако сидишь ты сейчас здесь со мной.

Палец в рот не клади, руку отгрызет. А ведь права, баб вокруг меня куча, свистни и любая тут же ноги раздвинет, а я здесь с этой сижу.

— Твоя дерзость однажды выйдет тебе боком, — довольно резко заметил я, в желании умерить ее пыл.

— Ты спросил, я ответила, — ничуть не стушевалась Саша, — не задавай вопрос, если не готов услышать честный ответ. Я не стану отводить взгляд и трястись лишь от одного твоего присутствия, как это делают остальные.

— Ты слишком смелая для той, кого насильно выдают замуж.

— И тебе это нравится, — она не спрашивала, а утверждала.

И да, черт возьми, мне это нравилось, нравился ее дерзкий язычок, которому я обязательно найду применение, нравилось то, как она на меня смотрит, нравилось ее хладнокровие.

Эта стерва знает себе цену, знает, что зацепила, малолетка, а фору даст бывалым соблазнительницам.

Красивая, дерзкая, именно такая женщина должна быть рядом со мной.

— Не боишься, что я заставлю тебя пожалеть о своем поведении? — прошептал ей прямо в губы

— Я так не думаю, — ответила она, даже не пытаясь отдалиться, — поцелуй меня, еще раз.

«Чертова ведьма, не иначе» — подумал я и накрыл ее губы.

Вообще не имел привычки целовать женщин, не понимал, что в этом особенного, единственное место, где должны были находиться губы женщины, это мой член, но эта стерва даже здесь заставила меня усомниться в собственных убеждениях, ее губы я хотел целовать, грубо, беспощадно, до боли, чтобы знала, как это — играть с огнем.