Здесь по всем фронтам было пусто на случай, если сюда нагрянут.

Умно. А еще в доме было подозрительно тихо.

- Я бы лишь хотела, чтобы моя внучка ночами спокойно спала. А не в слезах и криках просыпалась.

Эмин изменился в лице. После всего, что между ними происходило, я этому даже не удивлен. У Эмина так первое время было только. Потом помогли. Раньше вообще ад кромешный был. И уйти было жалко. Оставить Эмина погибать не мог, поэтому я вместе с ним плавился в его личном аду.

Тяжелые были годы. Он учился жить заново. Без нее.

Я бросил взгляд на лестницу. На втором этаже есть туалет? А если на первом, то смогу пробраться на второй незаметно?"

"- Я бы хотела, чтобы ее любили.

- Я ее всегда любил.

- В таком случае у нас разные понятия о любви, - недовольно заключила Марина, - я принесу кое-что. Ты же хотел увидеть сына?

Эмин выпрямил спину, в упор посмотрев на Марину. Замер, как каменная статуя.

Марина встала и ушла за фотоальбомом.

- Дома тихо слишком, Эмин Булатович, - заметил я.

- Согласен, - издал он, - проверь комнаты.

Я кивнул. Марина вернулась с увесистым альбомом в руках, надеясь, что эта полумера может заинтересовать Эмина.

- Где у вас туалет? – спрашиваю я.

Марина отозвалась сразу:

- Перед гостиной направо. Под лестницей. Я провожу.

- Не надо. Сидите, - настойчиво ответил я.

Именно туда я не направился.

До лестницы дошел, но не вниз, а наверх устремился. Здесь было несколько комнат. Одна – принадлежала Диане. Я сразу догадался по женским вещам, раскиданным впопыхах.

Дурное предчувствие не дало покоя. Я стремительно ворвался во вторую спальню. Это оказалась детская.

- Сука, - проматерился я. Так и знал.

Ребенка здесь не было. Даже спящего.

- Пиздец, - выдохнул я. Эмин будет в ярости. Озвереет в край. Головы с плеч полетят. И с моей в первую очередь.

Глава 24

Диана

- Мамочка, это все из-за меня?

Я бы все равно уехала.

Просто не сегодня, а завтра. Вещи были собраны, бензобак заправлен. Я обещала себе уехать. Я и без того больше четырех лет пробыла на одном месте, а это было чревато, ведь у Эмина всегда было много врагов.

- Нет, сынок. Ты ни в чем не виноват.

Я натянула улыбку, не отрывая взгляда от дороги. Сосредоточенность и отсутствие негативных эмоций – лучшие составляющие для длительной поездки.

- А кто виноват? Папа?

Немного помолчав, Эльман посыпал соль на рану:

- У папы красивый голос.

- Сынок, поспи немного? – моя просьба вышла тревожной, дерганой.

Я бросила взгляд в зеркало, встретив в нем наивный взгляд серых глаз. Рядом с коробками с вещами сидел сын. Мы ехали почти час, за это время он успел поспать в детском кресле, оттого был немного сонным.

- Не хочу спать.

Я не нервничала. Совсем. Просто не ожидала, что сын будет отзываться об Эмине столь подобострастно.