Или тот, кто видел Розалию на отдыхе – каждый день в новой тиаре из бриллиантов. Или в шапке Мономаха.

Владимир Иванович немного подумал:

– Согласен.

– А теперь смотри.

Степан стал водить пальцем по листам – по одному провёл, по другому, по третьему. Владимир Иванович следил за его пальцем.

– Ну? Ты видишь?

– Вижу, вижу!.. Не слепой.

– Что там? – спросила изнемогающая от любопытства Таша. – Кто там? А? Наталья Павловна?

Наталья, казалось, была безучастна. Она смотрела не в бумаги, а всё больше на Владимира Ивановича, как будто оторваться не могла.

– Значит, во всех этих местах он работал.

– Ребят, ну кто?! Почему вы не говорите?!

– Владислав, – ответил Степан Петрович. – Ваш крестничек, мамуля!

Вот этого Таша не ожидала. Владислав? Носки и сандалии? Ландышевый одеколон?

– Ландыш! – вскричала она, вдруг вспомнив. – Точно! Розалия как-то сказала, что у неё мигрень от запаха ландыша, и уже несколько месяцев. Она не запомнила человека, но запомнила одеколон!..

– Но это только начало, – тоном Шахерезады продолжал Степан Петрович. – Вот здесь написано, что Владислав работает в пансионате «Лесные дали» дневным ведущим, что бы это ни значило. А вот здесь: дом отдыха «Звенигородская ривьера», и там он числился в бассейне инструктором по плаванию.

Таша сунулась, почти оттолкнув Степана, и посмотрела. Точно! Инструктор по плаванию!

– Почему же он тогда… тонул? – спросила она, и никто ей не ответил.

– Ты ментов с собой привёз, Владимир Иванович?

– На пристани менты.

– Подождите! Подождите, подождите, – заспешила Таша. – Значит, Владислав украл у Розалии драгоценности? Или нет?

– Он отвлекал внимание, – пояснил Владимир Иванович. – Ловко придумано! Он прыгает за борт. Это обязательно кто-нибудь видит. Так всегда бывает. Ну, если никто не увидел, тогда сообщник поднимает тревогу. Человек за бортом, паника, стоп мотор! Все до единого, и экипаж, и пассажиры, заняты спасением утопающего. Все смотрят в одну точку, и все на палубе. Ни в каютах, ни в общих помещениях никого нет. Сообщник спокойно заходит куда ему нужно и берёт то, что нужно.

– Какой сообщник?! Кто сообщник?!

В это время в салон вплыла Розалия. За ней тащилась зевающая Лена и бодро бежал Герцог Первый.

– Сообщник? – переспросила Розалия. – Дело дошло до сообщников?.. Лена, мы чуть не пропустили самое интересное!..

Она прошествовала к своему столу и основательно уселась. За ними влетел Богдан.

– Здрасти, – выпалил он, ни на кого не глядя. – Лена, мне нужно с вами поговорить."

"– Ой, не стоит, – простонала Лена. – Я не могу, я полночи человека откачивала.

– Какого человека? Впрочем, какая разница!.. Мы должны поговорить, и всё!..

Снаружи послышался какой-то шум, это был странный, не утренний и неприятный шум.