– Так испугался. Я вообще, знаешь, мало за кого в жизни боялся. Жена у меня такая… самостоятельная была, с дочерью я почти не жил, она всё в балетных школах училась, мы её в разные интернаты пристраивали. А за тебя я боюсь всё время. Мало ли что.

– Ты лишнего не выдумывай, – посоветовала Таша. – Зачем? Вот я всю жизнь всего боялась. Всю жизнь! И всё каких-то глупостей. То соседских собак, то Маратика на даче. У нас через два дома Маратик жил. Он меня лупил.

– Дала бы ему пару раз сдачи!

– Вот именно! Можно было дать сдачи и не бояться! Экзаменов боялась, особенно по английскому, у нас завкафедрой очень строгий! Аспирантуры боялась. Зачем я всего этого боялась?

– Маленькая потому что, – сказал Степан, обнял её, изо всех сил стиснул, не давая дышать.

– А когда дед умер и началась страшная жизнь, я поняла, что можно ничего не бояться. И в каюте у Ксении я не боялась. Я просто дралась с каким-то хулиганом! Не знаю, как это объяснить.

– А меня? Меня тоже не боялась? – Тут он немного сбился, но всё-таки договорил: – В первый раз… всё это… наверное… для девушки…

– Слушай! – Она перевернулась и обеими руками вцепилась ему в волосы. Ей очень нравились его волосы, выгоревшие на концах, отросшие и плотные. – Я всё же не девушка Викторианской эпохи. Это им, бедолагам, было страшно при виде мужчины, который собирается присвоить их добродетель!..

– А ты храбрая, да? Даже несмотря на то что я присвоил твою добродетель?

Они полежали, обнявшись, и тут он вдруг вспомнил про её царапину на руке и стал на неё дуть – ну, чтоб не щипало, – она какое-то время терпела, потом ей стало щекотно, и она принялась тоже дуть ему в лицо, хватать за волосы, и они ещё долго и с удовольствием возились – прекрасно.

Спать Таша не могла совсем, Степан всё же задремал под утро, ровно задышал, и рука, всё время державшая её, расслабилась и потяжелела.

– Стёп, – сказала Таша едва слышно, чтобы не разбудить его, – как ты думаешь, кто всё это делает?.. И когда мы догадаемся, кто это, что будет?

Он ровно дышал и не шевелился – спал.

– Что вообще со всеми нами будет?..

Тут он вдруг открыл глаза и спросил:

– Когда?

– Например, завтра.

Он обнял её кудрявую растрёпанную голову и положил себе на плечо.

– Утро будет.

Было очень рано, когда Таша поднялась и стала одеваться. Самое главное, не разбудить Степана. Пусть ещё поспит. У него вчера был трудный день, который закончился – тут Таша улыбнулась – нервным потрясением.

…Странные существа – мужчины. Вроде бы сильные, храбрые и ничего не боятся, но от самых простых и понятных вещей у них случаются нервные потрясения.