Заверещала Ойра, судорожно стряхивая сороконожек, ринувшихся на нее из-под лавки. Кристаль свалилась в обморок, увидев перед лицом мохнатого паука с полосатыми ногами. Слабачка! Ну и что, что паук был с ладонь величиной?

– У кого-то ко мне остались претензии? – спросила, оглядывая зал.

Кто-то замотал головой, кто-то торопливо покидал ярус, схватив тетради. Мэдди, скривившись, дула на руку, где алел ожог.

– Если вовремя покажешь целителю, рубца не будет, – поторопила я, и Мэдлин, завывая и перескакивая через ступеньку, покинула зал.

Еще раньше нас покинула Ойра, истошно визжа и отбиваясь от иллюзорных насекомых.

Ладно, не насекомых, беспозвоночных животных, если быть точной, сороконожки – не насекомые. Кристаль, в отличие от них, совсем не мешала, лежала тихо и даже элегантно, раскинувшись между скамьей и столом.

– Хайнц, что ты творишь?! – закричала староста нашей группы, Магда Фрайм. – Тебя исключат за нападение!

– Они первые начали, весь зал свидетели, – хладнокровно ответил Марк и я ему признательно улыбнулась. – Бояться иллюзорных червяков перестают еще в начальной магшколе!

Второй час лекции прошел необычайно тихо.

Профессор, подслеповато щурясь, несколько раз осматривал зал, но ничего подозрительного не увидел. Он был опытным лектором и знал, что правила сложения векторов одна из самых скучных тем в теории потоков. Тишину зала он никак не относил за счет своего ораторского таланта. Поэтому зал покинул самым первым, едва прозвенел звонок. Торопливо попрощался, даже не спросив, есть ли вопросы, и шустро поднялся по лесенке амфитеатра.

Кристаль к тому времени очухалась и сидела на скамье, куда ее после перерыва усадили два студента.

Она мотала головой из стороны в сторону, как лошадь.

– Венди! – ее глаза сфокусировались на мне. – Что это было?

– Это? Тигровый паук-птицеед, конечно. – Я воспроизвела рыже-черную иллюзию. – Мы сто раз использовали его для зелий, ты что, забыла?"

"Кристаль позеленела, резко подскочила и унеслась из лекционного зала. И чего так нервничать? Я же не бурого паука-солдата из низовьев Надиши ей показала? Тот, действительно, один из самых ядовитых в мире, один размах лап почти десять дюймов! Нейротоксин вызывает паралич мышц, удушье и остановку сердца.

Птицееды – лапочки по сравнению с ними. Что-то мне подсказывает, что зачет по арахноведению Кристаль не сдаст.

Спору нет, я тоже давила панику и рвотные позывы на первом курсе, когда на практике по биологии мы ловили восьмилапых фунтами! Все люди боятся их инстинктивно, они слишком быстры и непредсказуемы. И отвратительны! А те, кто восхищается ими, сами нуждаются в психокоррекции.

Но учили нас на совесть, и от отвращения и гадливости остался только профессиональный восторг.