Один домик заменял кабинет ветеринара — кушетка для осмотра, какие-то лекарства и обглоданный, уже даже не пахнущий труп. Кроме бинтов я побоялся что-то брать, все равно не понимал, что это и зачем. Даже чудной пистолет с пульками в виде ампул проигнорировал, томагавком как-то надежней. Но напился воды из кулера, и наполнил про запас пустую пластиковую емкость, в которой раньше судя по запаху был спирт."

"Второй домик оказался складом и по совместительству выполнял роль бюро находок с целой полкой, на которой хранились вещи, потерянные туристами. У меня появились солнечные очки и детская, чуть ли не игрушечная, но рабочая подзорная труба.

А со склада я прихватил упаковку гвоздей, пачку батареек и моток веревки и плоскогубцы — зачем, пока не придумал, но, опять вспомнив миротворца Леху, решил, что нам нужнее.

В лагере так больше никто и не появился, домики пылали уже вовсю, а лес, к счастью, занимался неохотно, а за забор так вообще скорее всего и не переберется. Огонь или дым здорово отбивали нюх у мертвых мартышек. Я покопался в пикапе, бензина больше не нашел, но на всякий случай извазюкал одежду машинным маслом.

Еще раз осмотрелся, и пока искал, чтобы еще спереть, обнаружил на заборе еще один баннер с картой заповедника. А рядом металлическую табличку и типовым подлизывательным текстом в благодарность спонсору, без которого питомник бы не смог существовать и который принимает активное участие в исследовании жизни приматов. Ню-ню, Global Diamond Corporation — корпорация благодетель и защитник сирых и убогих зверюшек.

Нашел на карте отметку с главным корпусом исследовательского института «Глобал корп», прикинул, по какой из тропинок туда можно попасть и шустро туда двинулся, держа оружие в руках.

Через пару километров опять послышался шорох за спиной. Беготня сквозь кустарник, хрипы и обезьянье карканье. По звуку максимум трое, решил встретить, но не понимал, что происходит. Слышу близко, прям в паре метрах, и с каждой секундой приближается, но не вижу — кусты не шелохнутся, на ветках тоже никого, зато дальше, метрах в двадцати заросли ходуном ходят.

Попятился, томагавк занес для удара, но все равно упустил момент, когда прямо из-под ног из кустика, похожего на папоротник, выскочил маленький черный комочек и проскочив под рукой с топором, врезался в меня.

Заверещал и прыгнул на руку, оттуда на плечо, потом на голову и скрылся на дереве у меня за спиной. А единственное, что я успел разглядеть — расширенные от ужаса или от природы глаза-блюдца карего цвета.

А тут уже и следующий выскочил, уже привычный слепой и безгубый. Затормозил, будто не ожидал меня встретить, вскинулся и стал молотить лапами по земле. А потом прыгнул, но довольно косо, будто не понимая, где именно я нахожусь. И стал шарить лапами вокруг.