Задыхаясь от собственной двойственности в голове, девушка опустила голову и заскулила.

— Сделай выбор, дочь, и я его поддержку. Но ты ведь сейчас хочешь одного, а делаешь совсем другое, — отец сбавил «громкость», уселся рядом с Милой и легко поддел ее холодную ладошку.

— Я боюсь делать выбор.

— Моя дочь ничего и никогда не боялась, и не время начинать, Мила. Вы просто две горячие головы, с тобой он совсем теряет способность думать, несмотря на то, что думать научен на сто шагов вперед.

— А как было у вас с мамой?

Диалог отца и дочери прервался довольно неожиданно.

— Малыш, твой папа мне мозги вынес не раз и не два. Так что я бы не полагалась на его ответ, — мать девушки тихонько прошла в комнату и села с другой стороны, взяв дочь за правую руку.

— Да что ты! — пробурчал Каин, отворачиваясь от жены и дочери.

— Да что я? Действительно, а не мне ли приходилось терпеть твоих баб, пока ты там пытался кого-то оттолкнуть, вместо того, что принять очевидный факт: ты был от меня без ума, — Багирова поцеловала дочь в висок и потрепала мужа по голове.

А Мила навострила ушки, впитывая любую информацию. Нет, она знала, что история любви отца и матери была очень необычной, и началась с того, что они поженились. Вот так вот, да. А полюбили друг друга немного позже. И что-то в этом ей немного напоминало и ее картину, только она-то любила Сашу очень сильно. Видя одержимый взгляд мужчины, она понимала, что и она ему небезразлична, но все это складывалось в совсем неправильном русле.

— Во-первых, не было никаких баб. Во-вторых, я и сейчас от тебя без ума.

— Еще бы ты не был.

Мать улыбнулась и игриво подмигнула дочери.

— Так что поступай так, как велит тебе сердце, а не разум, потому что разум…он во многом проигрывает настоящим чувствам. Да, папа?

Каин мельком глянул на жену, а потом продолжил:

— А если что будет не так, ты говоришь мне, и больше Ракитин не потревожит тебя. Но если хочешь знать мое мнение: не знаю, смог бы я хоть кому-то тебя доверить, если не ему. Однако ты моя любимая дочь. Даже оступаясь и совершая ошибки, ты не перестаешь быть моей любимой принцессой в пижаме с единорогами, малыш.

Мила тепло посмотрела на отца, вспоминая, кто именно он подарил ей эту пижаму. Усмехнувшись сквозь слезы, она ощутила мягкий захват слева и справа. Оба родителя обняли девушку. И это было лучшее чувство, что она испытала за сегодня. Принятия человека любым. При любых условиях и в любых обстоятельствах.

Весь день Мила была словно на иголках, не вполне осознавая, что делать. Как поступить. Снова и снова прокручивая весь день, он буквально перед самым приходом Ракитина решилась хоть на что-то. И это стало для нее тяжелым выбором. Но его она сделала.

В один момент ругая себя, в другой хваля.