Литвин со своей косой дамой выходит минут через десять. Точнее, сначала выплывает она, стуча каблуками и оставляя шлейф сладких духов, а потом Литвин в черном пальто с высоко поднятым воротником. На меня ноль внимания. Что, в принципе, неудивительно.

Кто я такая?

Дура. Серая мышь.

С чего вообще Эдуард решил, что я понравлюсь Литвину?

Он открывает дверь своей даме, помогает сесть, но сам не садится. Пара фраз, усмешка, целует ее руку и захлопывает дверь. Машина трогается, а Литвин уходит к черному внедорожнику. К нему выбегает водитель и открывает дверь. Мужчина садится, даже не обратив на меня внимания.

Так тебе и надо, Эдик. Злорадствую про себя.

Машина выворачивает со стоянки, выезжает на дорогу возле входа в ресторан и неожиданно тормозит возле меня. Натягиваюсь, как струна. Кажется, даже трезвею. Дверь со стороны Литвина открывается, он окидывает меня тяжелым взглядом.

— Садись, — произносит. И это не приглашение, звучит как приказ, которого нельзя ослушаться.

Глава 5

Глава 5

Надежда"

"Забираюсь в высокий внедорожник, теряю равновесие и неуклюже заваливаюсь на мужчину, утыкаясь лицом в его пальто. Литвин ловит меня за плечи и отстраняет от себя, сажая прямо. Тянется через меня, сам закрывая дверь. Машина трогается. Надо, наверное, спросить, куда меня везут. Но пьяная голова кружится, и чувство страха притупляется. Вздыхаю, пытаясь взять себя в руки. Прикрываю глаза, облизывая пересохшие губы.

— Да ты пьяна, Надежда с сертификатами, — с иронией произносит мужчина.

— Так заметно? — нервно усмехаюсь.

— Вроде выпила всего ничего… — рассуждает он.

— Откуда вам знать, сколько я выпила? — алкоголь придает мне смелости, и я начинаю говорить с этим мужчиной смелее. Завтра я, конечно, об этом пожалею. — Вы не обращали на меня внимания.

— А ты хотела, чтобы обратил? Что за цирк ты устроила, Надя? — уже не иронизирует, голос становится ледяным настолько, что у меня бегут мурашки.

— Ничего я не устраивала, я ждала подругу.

— И где она?

— Не смогла приехать… — развожу руками.

— И почему же? — спрашивает, словно на допросе. А я лихорадочно придумываю причину. В голове ни одной адекватной мысли.

— Не могу вам сказать. Это женские дела.

— Женские, значит, — снова ирония.

Ой, мамочки, он мне не верит. Начинаю трезветь, окатывает паникой.

— Средний чек в этом ресторане равняется сумме твоей месячной зарплаты, Надя. Часто ты ходишь по таким заведениям?

— Вообще никогда не хожу. Даже если бы были деньги, не ходила бы. Это подруга пригласила и не пришла… — почти правда.

— Ясно, — усмехается, но как-то зло. Закусываю губы.

— А куда мы едем? — всматриваюсь в окно.

— Какая разница, ты хотела добиться моего внимания. Ты его добилась. Дальше что по твоему плану?

— Ничего я не добивалась, говорю же, ждала подругу.