Вторая встает, щупает от горла до живота. Далее пропускает, хихикая. Потом вдоль брюк, по коленям, до пола, i

– А теперь раздевайтесь полностью.

– Совсем?

– До нижнего белья.

Ощупали. Облапали. Садятся за протокол.

– Одевайтесь.

Смеюсь, натягивая штаны.

– А можно еще раз обыскаться, более тщательно?

– Можно… Через несколько лет, ха-ха! – прыскают девицы.

– Вечером в ИВС обыщут, очень тщательно, – в тон им добавляет заглянувший опер и исчезает, бросая: «Под ваш контроль».

Подписываю протокол.

– Сигареты можно забрать?

– Можно.

Закуриваю. Практикантки что-то пишут.

– В туалет тоже в вашем сопровождении?

– Исключительно. Сейчас пойдете?

Идем по коридору. Доходим до двери со знаком «Т».

– Сюда. Дверь в кабину не закрывать.

– Будете смотреть?

– Такая работа.

– Ну что ж, работайте.

Стоит прямо за спиной, чувствую взгляд. Слушает журчанье. После этого перестал воспринимать ее как женщину. Неужели и вторая, что посимпатичнее, такая же «туалетчица»? М-да, если тут дамы такие, то какие здесь мужики?

– Все?.. Пошли.

Курю еще одну сигарету. Приходит опер.

Опять запирают в кабинете напротив.

Минуты тянутся. Прислушиваюсь к шагам и обрывкам разговоров за дверью. На душе ни страха, ни тревоги, ни сожаления. Абсолютное спокойствие и уверенность в том, что это – надолго. Потом, в будущем, это помогало. Именно уверенность в том, что выхода нет. Мышеловку долго готовили, и вот она захлопнулась. Просить помощи с воли бесполезно, никакие связи не помогут – участь решена. Надежда только на себя и на силы небесные. От того так спокойно. Тревожно только за детей, за семью и за больную мать. Все остальное – как перед расстрелом после команды: «Цельсь!.

Наконец в дверь вонзается ключ, и на пороге вырастает человек в форме.

– Пошли, Новиков.

Идем по коридорам, лестницам в другой конец здания. Снова пустой кабинет. На этот раз хорошо обставленный. Сижу, жду. Входит полковник в сопровождении какого– то младшего чина. Приветливый, улыбчивый и симпатичный. Садится напротив.

– Оставьте нас, мы поговорим.

Сопровождение скрывается за дверью. С любопытством и полуулыбкой смотрим друг на друга.

– Ну здравствуйте, Александр Новиков.

– Здравствуйте, не знаю, как вас?..

– Неважно.

– Из КГБ?

– Хм… Считайте, что это неважно.

– Курить можно?

– Кури. Чаю хочешь? С лимоном? Сейчас принесут.

Затягиваюсь и молча жду начала разговора.

Входит человек в штатском.

– Попроси, пусть чаю принесут. С лимоном.

– Один?

– Два.

Этот разговор помню очень хорошо.

– М-да… Попал ты крепко, честно говоря. Знаешь хоть за что?

– Догадываюсь. Скорее всего, за песни. За аппаратуру так не хватают и сюда не возят – райотдела было бы достаточно.

– Понимаешь правильно.