— Что ты предлагаешь? Увезти мальчишку неизвестно куда? Твои руки знают лишь искусство убийства.

— Как и твои, — осклабился слепец, осознанно бросая этому человеку вызов. — Я хочу дать ему шанс на нормальную жизнь, — ответил Эдвард. — Без постоянного страха за свою жизнь, без необходимости оглядываться через плечо каждую минуту.

Воздух между ними, казалось, звенел от напряжения. Эти два человека были связаны годами общей службы и общих потерь, но теперь они стояли по разные стороны.

Внезапно тишину нарушил тихий звук из рюкзаказ. Ребенок завозился, и Эдвард машинально начал покачивать корзину, успокаивая малыша.

Граф Воронцов наблюдал за этим с задумчивым выражением лица.

— Есть подходящее место, где малыш будет в безопасности.

Эдвард поднял бровь, показывая, что слушает.

— Портовый город в Дальневосточной губернии. Ты и сам это знаешь. Там живет мать графа и его отец. Они достаточно влиятельны чтобы защитить его.

Защитник ребенка задумался. Это предложение звучало разумно.

— Хорошо, — наконец произнес он. — Но я поеду с ним. И никто, кроме нас троих, не должен знать правду.

— Согласен, — кивнул граф. — Но прежде, чем мы отправимся, я хочу взглянуть на ребенка. На ее ребенка.

Эдвард неохотно опустил свою ношу на землю и откинул покрывало, которое скрывало ребенка ото всех. Граф наклонился, внимательно изучая младенца.

Этот мужчина средних лет имел огромную власть в столице, а его методы отличались крайней жестокостью и не имели себе равных. Его проницательный взгляд видел людей насквозь и заставлял их рассказывать даже самые сокровенные тайны, однако даже он не мог увидеть того, что было скрыто в этом ребенке.

К удивлению обоих мужчин, ребенок не плакал. Его глаза, удивительно осмысленные для новорожденного, изучали лицо графа с явным интересом. На щеке малыша была размазана кровь, и когда граф протянул руку, чтобы стереть ее, ребенок сам поднял крошечную ладошку и вытер кровь.

— Невероятно, — прошептал граф. — Этот ребенок… он не похож на обычного младенца.

Эдвард быстро забрал рюкзак, не давая графу возможности прикоснуться к ребенку.

— Он кровь и плоть молодой графини, моей госпожи, — сказал защитник. — И именно поэтому я буду защищать его до последнего вздоха.

Граф Воронцов медленно кивнул. Он прекрасно понимал чувства слепого защитника, хотя порой сомневался, что они у него вообще есть.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Давай отправляться. Чем скорее мы доберемся до Дальневосточной губернии, тем безопаснее будет для ребенка.

По его сигналу люди в синих кафтанах начали готовиться к отъезду и, разумеется, обеспечивать дополнительную безопасность. Вскоре небольшой караван двинулся на восток. Впереди шел Эдвард, неся ношу с драгоценным ребенком.