— Скажи-ка мне, смерд, слышал ты, как послы сговариваются государя нашего, Иоанна Васильевича обмануть хитро и дани ему не давать?

— Прости, княже, в светелке при их разговорах не бывал, — развел руками слуга.

— А-а, стало быть про дань и план обмануть государя не слышал… — разочарованно вздохнул Зверев и потянул шнур, стягивая горлышко кошеля.

— Разве только мимоходом, господин, — спохватился слуга. — Шел как-то с охапкой дров мимо двери, а она чуть приотворилась, я и слышу, бормочут что-то…

— Видать, кто-то из бояр к ним заходил, раз по-русски беседовали.

"— Да, точно, — обрадовался смерд. — Заходил кто-то из города.

— Но ты его не знаешь и опознать не сможешь, мельком видел?

— Так и есть! Токмо со спины, мимоходом, — закивал тот.

— Как тебя звать-то, человек? — улыбнулся Зверев понятливому служке и подвинул мешочек немного ближе к нему.

— Максимкой, господин.

— Стало быть, Максим, — уточнил Андрей, — ты слышал собственными ушами, как проклятые литовцы сговорились обмануть нашего государя. Собрали Юрьеву дань, но оставили ее себе.

— Как есть слышал, — кивнул смерд.

— Уверен? Повтори!

— Государя, отца нашего, — перекрестился Максим, — дурными словами хаяли, вьюношей называли глупым, коего обманывать незазорно. Сказывали, обман задумали хитрый. Дань, ему посланную, себе забрать, а батюшку-царя словами пустыми уболтать и тем прибыток получить.

— Какую дань? — Князь взвесил в руке кошель.

— Юль… Юнь…

— Юрьеву!

— Ее самую, — встрепенулся Максим.

— Что ты говоришь?! — покачал головой Андрей. — Никогда от столь приличных кавалеров мерзости сей не ожидал. Но ты, человек русский, честный от природы, сей заговор, знаю, разоблачишь. В Москву помчишься, всех о задумке злой ливонской оповещая, в Посольский приказ дьяку Висковатому кинешься, все как есть расскажешь!

Зверев кинул кошель на стол ближе к служке.

— Как же ш-шь я поеду, милостивец?! — облизнул губы смерд. — Я же… Как уедешь? Прогонит хозяин-то, коли работу брошу.

— Там гривна[15] новгородского серебра, недотепа, — постучал пальцем по лбу князь. — Здесь тебе столько за всю жизнь не заработать. Не сдуришь, расскажешь все честно в приказе и людям прочим, еще столько же опосля получишь. Понял? Иди баню топи. До ночи в бане пропарюсь, а поутру на почтовых в Москву полетим. Собирайся. Коли есть, чего собирать, конечно. Ох, до чего же лопать хочется! Это хозяин верно угадал.

Со свидетелем Андрею повезло.