Он с удовольствием прижал к себе ее тело, наслаждаясь страхом, стуком колотящегося сердца, тихим всхлипом.

Беатрис в этот момент казалась жалкой испуганной птичкой, трепещущей у него на груди, ищущей покоя и спасения. Трогательно и бесполезно. От него сейчас нельзя было получить, ни спасения, ни покоя.

Не сопротивляйся мне

— Как ты смел? — выдохнула Беатрис, проверяя, насколько владеет ситуацией.

— Поблагодари, что не дал упасть, — холодно сказал Эритар, ни тени вины, ни грамма извинений.

— Спасибо, — хмыкнула она.

— Я все еще не слышу того, что хочу, — его голос стал другим. Эти интонации возбуждали до дрожи, потому что Беатрис знала, что будет дальше, вернее помнила, что может быть.

— Благодарю тебя, Тар, что удержал, — ее голос тоже стал другим. И это отмечало начало их игры. Нотки страха, покорность, смирение — то, чего он так жаждал."

"— Звучит вежливее, — он уперся указательным пальцем в ее подбородок, вынуждая поднять голову, а затем отклонить ее назад пока ошейник не уперся в затылок и позвонки. Его глаза мягко светились в полумраке коридора, губы были совсем близко.

Беатрис вдруг показалось, что ткань ее платья и белье больше не защищают от его взгляда, она почувствовала себя обнаженной, прозрачной. Девушка не шевелилась и дышала очень осторожно, чтобы случайно не изменить позы, в которой находилась. Губы трепетали, желая поцелуя.

— Такой я мечтал тебя видеть. Беззащитной, слабой, жаждущей меня. Я ничего не сделал, лишь чуть не сбросил с лестницы и поставил в неудобную позу, а ты уже сходишь с ума. Как шея, Беатрис? Тебе не может быть приятно с запрокинутой головой.

— Мне не удобно, — прошептала она. — Отпусти.

— Сколько фальши в этом «отпусти» если бы это слово материализовались и повисло в воздухе, сама природа выделила бы его красным, как ошибку, — прошептал Эритар практически в ее губы. Каждое колебание дыхания звуками отпечатывалось на них. — Хочу знать, ты уже возбуждена? Что ты чувствуешь там, внизу?

— Если возбужден ты, то и я тоже, — уколола его Беатрис и тут же получила почти серьезную пощечину.

Мужчина отпрянул от нее, хватая за шею и удерживая на расстоянии вытянутой руки.

— Если я еще раз это от тебя услышу, Беатрис, — он произнес ее имя с нажимом, делая ударение на каждую гласную. — Только попробуй еще раз сказать, что ты хочешь меня из-за рабского зелья. Еще раз намекни мне хоть взглядом, хоть звуком, и я отведу тебя в совсем другое место. В место, которое тебе не понравится. Поняла?

Девушка кивнула.

— Вслух, — приказал он.

— Прости меня, Тар. Я все поняла, — прошептала она дрожащими губами.

— Теперь ответь на мой вопрос, — ледяным тоном приказал он.

Беатрис подняла опущенный взгляд, впиваясь своими темными глазами в его.