По сравнению с ними пасущиеся слоны — это кролики-спринтеры. А этот экземпляр чесал бодро, орал много — да и головой как-то поживее крутил.

Правда, это никак не отменяло запланированного налёта летунов… К счастью, в этот раз их оказалось не так много — не больше трёх десятков. Стая снялась со спины гиганта, который всё пытался дотянуться языком до изрядно прореженного леса, и направилась к нам.

Чтобы отбиться от налёта, людям хватило оставшихся дротиков. Десяток-два убитых летунов — и остатки стаи устремились к баррикаде, подбирая свежие трупы бестий. Те были куда лучшей добычей, чем люди. Как минимум, потому что были мёртвые — и уже не сопротивлялись. Набрав мяса, крылатые хулиганы отправились назад, на спину гигантской формы жизни.

А у той были проблемы!

Сородичи, прошедшие до неё, старательно слизывали лес с края скального уступа. И хоть новый пришелец и был для нас гигантом, но чтобы дотянуться дальше, до уцелевших деревьев — роста ему не хватало.

Первые попытки явно оказались неудачными. Отчего бедное животное разочарованно огласило окрестности горестным воплем:

— О-О-О-О-О!

Пока несчастный страдал, не в силах дотянуться до вкусняшек, мы пытались прийти в себя. Кто-то мрачно и сосредоточенно ел, а кто-то просто сидел и глядел в точку, чуть раскачиваясь. Кострома, Пилигрим, Сочинец и Ланс о чём-то тихо спорили. И, судя по обрывкам фраз, неосторожно долетавших до моих ушей, они обсуждали наше неминуемое поражение.

Отчаяние разливалось по лагерю. И даже у меня не хватало оптимизма, чтобы разогнать эту тоскливую хмарь. К тому же, от трупов, которые больше никто не собирался скидывать вниз, отвратительно воняло. А уж какое амбре пойдёт, когда они пропекутся на солнышке… Страшно представить.

В какой-то момент я устало облокотился локтями на колени, сложив кисти рук в замок. И опустил на них голову, тупо глядя в землю. Я почти перестал обращать внимание на происходящее вокруг…

Пока совсем рядом не раздалось торжествующее:

— О-О! О-О-О!..

Вскинув голову, я уставился в огромный глаз, прикрытый сверху длинными складками красноватого века. В самом его центре виднелся маленький восьмигранный зрачок. Глаз проплыл мимо, а затем потянулась остальная голова, плавно переходящая в шею. Следом проплыл ещё один глаз, направленный в сторону земли.

Остальные тоже с опаской поглядывали на эту гигантскую башку. Огромный зверь, наконец, нашёл, где добраться до вкусной растительности. И теперь старательно тянул шею, стачивая бок скального навеса — прямо неподалёку от каменистого перешейка, который мы обороняли.

Впервые я спокойно мог разглядеть это существо вблизи. Кожа у него оказалась не гладкой, а покрытой какими-то плоскими наростами, похожими на древесную кору.