И даже грозила достигнуть отметки «0» в самое ближайшее время. Однако раз уж решился, надо было идти до конца. Так что я на всё согласился... Ведь, как и все нормальные люди, мечтал о сохранении в реальности — и вообще простой запасной жизни.

И я получил, что хотел. Получил и разорился… Когда я выбрался из капсулы, у меня на счету оставалось немного: 2821 балл."

"— Скажи спасибо, что на всё хватило! — посоветовал СИПИН. — Многие купили себе капсулу, но немногие смогли решить те проблемы, которые сейчас решил ты.

— Ещё не решил! — хмуро ответил я ему.

За стеной моей капсулы уже скулили, не переставая. Понятное дело… Завёл «щеночков» — теперь корми этих исчадий инопланетной фауны. А я решил, что капсула временно обойдётся без новых улучшений. Ведь если меня на этой охоте сожрут, то мне не понадобится новое трико! Воскреснуть из мёртвых я всё равно не смогу. Мяса-то в блоке рефицерации нет. И у питомцев аппетит на убыль не идёт.

Мне нужен был кто-то, весом килограммов девяносто. Причём, убитый совсем недавно — и можно даже некошерно.

А потому я взял копьё, сунул в петлицу на поясе топор и решительно двинулся на выход.

Начался двенадцатый день моей новой жизни…

Глава 2. Ваще чот неубиваемые

Дневник Листова И.А.

День двенадцатый. Добыча для настоящих пацанов.

— Ну что, готов? — Кострома внимательно осмотрела меня и осталась чем-то недовольна.

— Ага, — кивнул я.

— Тогда бери своих зверей и пошли! — здоровяк Дунай посмотрел на моих питомцев с легкой неприязнью.

Те, надо сказать, в долгу не остались. Каждый из троих окатил Дуная ушатом презрения, сравнимого по градусу с ледяными шапками гор. Зверюги, кстати, притопали к моей капсуле только утром: всю ночь они провели где-то в лесу, не показываясь на глаза. Зато как проголодались, больше прятаться не стали. Корми, мол — раз уж нас, несчастных, на тебя бросили-покинули…

Своим приходом они, надо сказать, распугали всех. Рядом с костром остались только Дунай, Кострома и Сочинец, который как раз не сильно переживал. Вообще его адаптивности к окружающим условиям, мне кажется, позавидовала бы даже Кострома.

Глядя на зверюг, я постарался передать им мысль о том, что пора проводить нас в места, где много мяса, много зверья и можно поохотиться. Меня поняли, и все три твари, радостно задрав хвосты, устремились на юг. Куда мы, кстати, до этого почти не ходили.

— Куда это они? — с подозрением спросила Кострома.

— Я попросил отвести нас туда, где много будущей еды, — пояснил я.

— А ты уточнил расстояние до этого места? — ехидно спросил Дунай. — А то я не готов топать трое суток до охотничьих угодий этой троицы…

— Нет… — признался я.

— Ну и дурак! — вынесла вердикт Кострома.

Один из зверей обернулся и посмотрел на меня. Видимо, соглашался с вердиктом.