Романтическое? А можно уже перейти к развратному свиданию?

Мало ли чего я там девчонкам говорила про «не такая». Я нормальная. У меня сейчас тело, словно наполнено лавой.

И вот умом понимаю, что он прав, здесь совсем неподходящее место, но Илья так меня завел, что я продолжаю дуться.

Дуюсь на оставшемся пути в гардероб и до машины, дуюсь, когда мы в нее садимся.

– Если тебе так будет легче, то мне тоже нелегко, – говорит этот бесчувственный, бессердечный тип.

– Не верю.

Илья берет мою руку и кладет к себе на ширинку.

А может, и неплохо, что он смог сдержаться.

Сглатываю и продолжаю храбро ощупывать.

Я никогда не была особенно вместительной, а этому волку зайка только на шапку.

Прекращая беспредел, Илья останавливает мои исследования, накрывая мою руку своей и прижимая к стояку.

– Ир, мы едем в ресторан.

– Ага, – никак не отойду от потрясения. Все еще не веря своим ощущениям, еще раз шевелю пальцами.

– Ира, я-то могу долго без еды обходиться. На пару дней меня хватит.

Икаю и отдергиваю руку. Без дозаправки я такое не сдюжу. Как-то тетя сказала, что на одной морковке чуть ноги не протянула. Эта фраза наполняется для меня новым смыслом.

– Пожалей волка, Зайка.

Чего волка-то?

Бедная Ира…

Глава десятая

Мы приезжаем к ресторанчику, в котором я ещё не была.

Собственно, я давно нигде не была, но это место выглядит действительно крайне романтично. Думаю, оно очень популярно у парочек на день Святого Валентина и всякие круглые даты. В старом центре вообще удивительно приятные заведения, но это словно создано для милых встреч."

"Правда, подъезд к нему перекрыт, и нам приходится делать небольшой крюк пешком. Илья хмурится и ворчит, что нельзя рисковать хвостиком, на который у него такие многообещающие планы. А я довольна. На улице не так уже и холодно. Эта пятиминутная прогулка доставляет мне удовольствие. Как раз то что нужно, чтобы немного остыть после острых переживаний и согнать горячечный румянец с лица.

В целом, с момента отъезда из галереи Илья снова возвращается к сдержанному поведению: романтика, комплименты, беседы на отвлечённые темы… Будто это не он пятнадцать минут назад вытворял совершенно непристойные вещи. А морковка… Она остаётся за скобками.

И, помня о ней, теперь я уже не могу полностью расслабиться.

Опасный волчара. Матерый.

Соскочить с морковки не удастся.

Даже если я попробую, Волк просто применит запрещённый приём: еще парочка таких властных поцелуев, и я безропотно поглочу… э… морковку. А уж молча или со стонами будет зависеть от его решения. «Я так решил». От этих слов тяжелеет внизу живота.

Илья же практически открытым текстом объявил о своих намерениях, еще тогда, когда я предложила ему кофе.