О, то, как я на нее взлетела, сделало бы честь любому ковбою, но самое забавное было не в этом.
Остолбеневший на мгновение Стужев все же пришел в себя при виде улепетывающих нас и заорал:
– Ильева!
– Ходу! – приказала я лесной нечисти.
Не знаю, успели бы мы убежать и как далеко успели бы, но тут впереди, наперерез нашей группе быстрого улепетывания, выехал… богатырь.
Богатырь был чист, влажен, полугол, и самое главное – в руке держал венок из полевых трав.
Первой затормозила избушка, отчего поднялось облако пыли, и с чистотой богатыря все было кончено.
Я зависла, схваченная богатырем за шиворот, в то время как неуправляемое летное средство умчалось в дальние дали… за гусями.
– Сбежать хотела, – не спрашивал – констатировал богатырь.
– Что ты, – я задергала ногами, совсем как гусь недавно, – честь девичью спасала, к тебе за подмогой мчалась.
Богатырь сдул с лица пряди запыленных волос, взглянул на меня сурово и снова констатировал:
– Ведьма.
– Ты про метлу? – переспросила я. – Не моя она, так, покататься дали.
И богатырь поверил. С тихим «Ох, длинна коса, да ум недолог» посадил на коня перед собой да и развернул зверюгу с явным намерением увезти меня в закат…
В этот эпический момент раздалось взбешенное:
– Слушай, Ильева, ты достала!
И я вдруг подумала, что богатырь мне больше Стужева нравится.
– Бежим, – доверительно предложила я богатырю.
Но мужик был богатырем, а богатыри от врагов не бегут – прямо как в мультике.
– Твое дело сторона, дева красная, – произнес Иродушка, ссаживая меня с коня на ствол поваленного дерева. – Сердце не тревожь, с супостатами окаянными разговор у меня короткий.
Дерево было жестким, картина предстоящего захватывающей! Неширокая лесная дорога, как в советских мультиках про волка и зайца, которые к бабке Ёжке попали, да и вообще антураж яркий, пронизанный лучами солнца и сказочный.
– Рита, – прошипел этот самый элемент диссонанса, – богатырь откуда?
Я пожала плечами и честно сказала:
– Не знаю, он по дороге ехал, так и познакомились.


















Комментарии
Добавить комментарий