Все понимали, что при таких объемах каждый рубль выльется в круглую сумму.

Видя нашу заинтересованность, Ринат разговорился:

— У меня два сменщика, работаем сутки через двое. После каждого перегона у каждого появляется 100–200 литров. Столько я могу гарантированно обеспечить. Могу поговорить с другими машинистами, не с нашей смены.

— Было бы здорово, — сказал Василий.

— Но имей в виду, цену им предложу ниже, пятьдесят рублей за литр. С каждого литра мне по два рубля. — Он гаденько улыбнулся.

Видя наши сомнения, Ринат продолжил:

— Если думаете просто прийти и просто договориться с машинистами — не получится.

Рискованное это дело, в любой момент могут хлопнуть. А так вам ни о чем думать не надо.

Василий решил не компостировать Ринату мозги и быстро согласился, добавив:

— Бартер интересует? Картошка, рис, мука мешками?

— Ах, вот вы что задумали! — усмехнулся машинист. — Интересуют — деньги.

Он вытащил из барсетки блокнот, вырвал листок. Написал номер телефона и отдал Василию.

— Вечером позвони, скажу, сколько чего могу достать, а ты скажешь, что когда надо.

Мужчины скрепили сделку рукопожатием, и мы разошлись.

В машине отчим сказал:

— И тут все просто, надо же. И как я сам ни до чего такого не догадался?

— Вы догадались, но подумали, что ничего не получится, и побоялись действовать, как и многие другие. А теперь карты нам в руки. Ждем вечер, звоним Ринату, или он — нам, — предложил я, — а в субботу утром связываемся с директорами колхозов, в первую очередь — с Мутко, у которого зернохранилище. Потом — с директором мельницы, как мы и договаривались.

— И все равно не понял, почему бы просто не купить одно и не продать потом нуждающимся дороже? То на то и вышло бы, только волокиты меньше.

— Потому что денег у нуждающихся нет, — объяснил я. — У их потенциальных покупателей тоже нет денег, и можно только что-то обменять на что-то.

— Все, я на сегодня свободен? — сросил Василий. — Вдруг Оленьке помощь понадобится.

— Да. Поехали домой, — кивнул я, помня о том, что в полпятого у меня встреча с мачехой в центре."

"Все остальные дела — в Николаевке.

Добравшись домой, я в присутствии Наташки позвонил отцу Игоря, договорился, чтобы товар, который дед привез ему аж на сто долларов, оставили Натке.

Она должна все продать, эти сто баксов переслать им в Москву, а прибыль оставить себе. Все остались довольными.

В обед отчим отвез Наташку к Андрею в больницу, а маму вернул, и она завалилась спать, сказав, что состояние Андрея стабильно тяжелое.

В школе я собирался отпроситься на неделю, сдав заранее материал, который мы будем проходить. Проштудировав математику на три темы вперед, а затем — физику и химию, я открыл литературу и вместо того, чтобы читать, задумался о Вере.