— Прежде, чем кто-то сможет предположить: нет, не думаю, что кому-то из людей повезет, и они убьют Кровавого Короля.

— Конечно, нет.

В этот момент в комнате повисла тишина, и появление Евы обеспечило, чтобы все так и осталось. И как ей всегда удается появляться словно из воздуха? Она вышла вперед, опираясь на корявую трость, которая, как я подозревала, была нужна ей только чтобы тыкать людей. Она сосредоточилась на Генри, но, казалось, была рада получить внимание всех остальных.

— Только тот, кто прошел путь смерти может убить Кровавого короля. — Она сделала драматическую паузу. — Я это предвидела.

Это вызвало благоговейные выражения лиц, и вместе с тем было очевидно, что никто не собирается допрашивать ее. Как обычно, это сделала я.

— О, ради Бога, — сказала я. — Это может означать сотни разных вещей.

Генри нахмурился.

— Я должен согласиться. Идти дорогой смерти может кто угодно… тот, кто чуть не умер, кто-то, кто убил, любой воин или истребитель, кто…

— Димка, — сказала Виктория. Я даже не заметила, что она стоит рядом с нами. Несколько человек стояли перед ней, но теперь отошли в сторону, так как она говорила. — Бабушка имеет в виду Димку. Он прошелся по дороге смерти и вернулся.

Бормотание наполнили комнату, когда все посмотрели на Дмитрия. Многие кивали на заявление Виктории. Я услышала, как один мужчина сказал.

— Дмитрий единственный. Ему суждено убить Кровавого Короля. — Я уверена, что это был тот же парень, который насмехался и говорил, что в Кровавом Короле нет ничего особенного. Остальные были согласны.

— Ева Беликова заявила, что это так, — сказал кто-то еще. — Она никогда не ошибается.

— Это совсем не то, что она сказала! — выкрикнула я.

— Я сделаю это, — решительно сказал Дмитрий. — Я положу конец этому стригою.

Взорвались аплодисменты, так что никто не услышал меня.

— Но ты не должен делать это! Она никогда не говорила этого.

Поправка — один человек услышал меня. Дмитрий.

— Роза, — сказал он, и его голос пронесся сквозь растущий шум. Это было только одно слово но, как это часто бывало, он сумел передать тысячу сообщений в нём, большинство из которых можно было бы охарактеризовать как «мы поговорим позже».

— Я хотел бы пойти с вами, — сказал Марк. Он выпрямился во весь рост. — Если вы возьмете меня.

Несмотря на седеющее волосы, Марк был все еще худым и мускулистым, его внешний вид говорил о том, что он еще способен задать жару стригоям.

— Конечно. Это честь для меня, — сказал Дмитрий серьезно. — Но это все.

Эта последняя часть была добавлена​​, потому что внезапно половина комнаты захотела пойти с ним. Они закатывали глаза на первоначальное заявление Генри, но теперь с Дмитрием на борту, это стало просто успешной героической одиссеей.

— Как насчет меня? — спросила я сухо.