Торчащие из общей кучи углы картин с рваными полотнами. Свернутые в рулоны и просто небрежно сложенные ковры, источающие неприятный запах гниения. Спутанные в клубок женские и мужские украшения из драгоценных металлов. Кубки, тарелки, ложки вперемешку с вилками, медные кувшины, рваные куски материи, целые костюмы с золотым позументом по краю и меха, превратившиеся в кучу гнилья. Прикрепленные на дубовые дощечки головы зверей — кабаньи тупые рыла, ветвистые рога оленя, оскаленная морда бурого медведя, лобастый череп волка с прилипшими клочками шкуры. Беспорядочно разбросанные книги с кожаными переплетами и порванными, отсыревшими страницами.

Раскрытая шкатулка с горошинами жемчуга, ярко сверкающие в свете факела кроваво-красные рубины и наполненные небесной голубизной сапфиры. И много, много чего еще было в этой странной сокровищнице мертвого лорда.

Но меня из всего этого месива заинтересовали в первую очередь книги. Именно с них я не спускал взгляд, мысленно пересчитывая виднеющиеся корешки.

— Чтоб мне только соленую воду хлебать всю жизнь! Это рай! Я попал в рай! — причитал Мукри, хватая то один, то другой предмет в руки и тут же роняя его, чтобы наклониться за следующим.

 — Клянусь грот-мачтой! Вы самый удачливый капитан, Корис! Добыча сама липнет к вашим рукам!

При этом Мукри не положил к себе в карман ни единой монеты — восхищаться восхищался, но присвоить не пытался. Боится моего гнева? Или у пиратов свои правила при дележе добычи? Ведь я ему обещал долю из всех найденных сокровищ. И слово я свое сдержал — у пирата в мешке до сих болталась горсть золотых монет и пара драгоценных камешков, найденных в Твердыне…

— Топор! — завопил Рикар, с натугой вытаскивая из-под наваленных на него вещей здоровенный двуручный топор с дубовой рукоятью.

 — Взгляните, господин! Вот это топорик! Эх! Есть все же на земле справедливость! Есть!

— И у меня топор! — пропыхтел Тикса, выволакивая из угла топор еще больших размеров и с рукоятью из металла. — Оченно хороший у меня топор! Друг Корис, посмотреть! Только у меня такой топор! Даже у Койна нет такой хороший топор!

— А ну отдай сюда, — рыкнул здоровяк, отбрасывая первый топор и хватаясь за находку гнома.

 — Не дорос еще, мелочь бородатая, до такого оружия! Дай сюда, кому сказано!

— Это мой! Я найти! Мой топор! Отдай, Рикар! — заверещал Тикса, всем весом повисая на оружии. — Мой! Друг Корис, сказать этому грязный биханамата отдать топор!

— Как ты меня щас назвал? — переспросил громадный Рикар, не переставая трясти оружие, в которое мертвой хваткой вцепился гном. — А ну пусти, склирс хитрозадый! Ишь вцепился!

— А ну тихо! — рявкнул я, окинув разошедшихся не на шутку спутников недовольным взглядом.