Никто не застрахован от ошибок, хотел сказать ей вслед Аристарх, но не сказал. Вместо этого вызвал Умника:

– Прошу подготовить к вводу императив «телохранитель» с персональной «ово». Конкретные объекты: Ратибор Берестов и Забава Боянова.

– Принял, – лаконично ответил Умник.

Поймать Вакулу оказалось непросто, Ратибору удался этот «захват» лишь поздним вечером, когда компьютер нашел физика по «спруту», и тот предложил Берестову встретиться у него дома.

Сутки оператора «Шторма» делились на день и ночь условно, так как поток действий, вызванный тревогой в управлении, не прекращался ни на минуту, поэтому работа оператора данного вида тревоги требовала от человека колоссального здоровья, полной самоотдачи и умения отдыхать в минимально необходимые сроки.

Ратибор мог восстанавливать силы за пять часов: четыре часа сна, полчаса аутотренинга, полчаса спортивной нагрузки в спарринге с тренером-инком."

"Добираясь до светящейся колонны метро на такси – Вакула жил в Днепропетровске, на правобережье Днепра, – Ратибор автоматически перебрал в уме главные события прожитого дня, не нашел собственных ошибок и удовлетворенно вздохнул.

Он успел сделать все, что наметил, и намеревался продолжать в том же темпе. Волновали душу лишь две проблемы: высвобождение интрасенсорных возможностей – как это сделать быстро, не прибегая к помощи Грехова? – и проблема по имени Анастасия Демидова. Настя, Стася… Пытаясь трезво оценивать собственное к ней отношение, Ратибор неохотно пользовался рядом синонимов к слову «нравится», но понимал, что лжет сам себе. На этом обычно кончались его попытки самоанализа, он сердился неизвестно на кого и переводил стрелки аналитического аппарата на внешние проблемы, полагая, что время само выявит, что есть что, однако встреч с Анастасией, даже мимолетных, рабочих, он ждал с нарастающим нетерпением, девушка волновала его неординарностью, загадочной связью с патриархом-экзосенсом Греховым и своим странным отношением к нему, заставляла держаться в постоянном интеллектуальном напряжении. Ратибор так и не разобрался, как Настя относится к нему самому: то ему казалось, что она чуть ли не влюблена в него, то, наоборот, ненавидит, хотя никаких причин к возникновению этого чувства не было и быть не могло.

Такси-пинасс упало на освещенный пятачок стоянки возле коттеджа Вакулы, мигнуло зеленым и откинуло прозрачный блистер. Ратибор вылез, окинул дом рассеянным взглядом: решен в украинском стиле, семь комнат, игротека, баня, веранда; отдельно – «Аладдин», вокруг – сад, ухоженный и богатый, что видно даже ночью: ветер приносит запахи малины и яблок, терпкой зелени – хорошо!

Хозяин встретил гостя в прихожей, одетый в пестрый халат «а-ля Хмельницкий». В руках – стакан с янтарным напитком.