— Петр вон починит, — он кивнул на Петьку, который уже обходил поломанную телегу, оценивая фронт работ. — Не бросать же добро.

— Ну и правильно сделали, — я похлопал Фому по плечу. — Молодцом. И вам спасибо, служивые, — обратился я к кавалеристам. — Заночуете у нас, отдохнёте с дороги?

Те переглянулись, и старший ответил:

— Благодарствуем, барин, но нам в часть надо. Доложить о задержке. Мы уж поедем, если позволите.

Я кивнул, велел Фоме выдать им провизии на дорогу да сумму чтоб обговорил за помощь. Тем временем к нам подошли Пелагея и моя Машка. Они стояли чуть поодаль, поглядывали на меня, переминаясь с ноги на ногу, явно ожидая приглашения.

— Да давайте уже, накрывайте на стол, — сказал я, поняв их неловкость. — Небось с дороги все голодные. И служивых покормим заодно. Да и мы с Петром не откажемся перекусить.

Машка просияла, кивнула и быстро пошла к дому, что-то на ходу говоря матери. Я же повернулся к Фоме:

— Ну-ка, показывай, что привёз.

Фома заулыбался, явно обрадованный, что гроза миновала:

— Всё как заказывали, Егор Андреевич! И даже больше! Сейчас всё покажу, — и он принялся развязывать верёвки, крепившие товар на телеге.

Я оглянулся на Петра, который уже крутился возле поломанной телеги, постукивая по дереву и что-то прикидывая:

— Ну что, Петя, починишь?

— Починю, Егор Андреевич, — кивнул он уверенно. — Колесо новое сделаем, ось подправим. Пару дней работы, не больше.

— Вот и славно, — я повернулся к дому, откуда уже доносились голоса и бряканье посуды — женщины спешно накрывали на стол. — Значит, сначала обед, а потом разгрузка. Да и козу надо пристроить.

Мы пообедали, служивых тоже пригласил к столу. Еда простая, но сытная — каша, да хлеб свежий.

Служивые уплетали за обе щеки, видно было — проголодались в дороге. Тут и Митяй нарисовался. Оказывается, уже успел ополоснуться да переодеться в чистое. Волосы ещё влажные, но рубаха свежая, подпоясанная новым кушаком. Подсел к столу, поклонившись мне сперва.

Фома, прожевав кусок хлеба, сказал:

— Хороший малый этот Митяй. Очень помог мне сильно и в городе по мелочам, и когда перегружать пришлось. Без него бы я в два раза дольше провозился.

Митяй зарделся от похвалы, опустил глаза в тарелку. Фома кивнул в сторону служивых, понизив голос:

— Попросил их до деревни сопроводить, чтоб спокойно доехать.

Сами же знаете, дорога нынче неспокойная, а товар ценный везём.

Я оглядел служивых — крепкие ребята, видно, что бывалые. Такие не подведут в случае чего. И тут меня осенило — ведь если мы теперь будем доски возить на постоянной основе, то и охрана нужна постоянная. Случайными людьми тут не обойдёшься.

— Слушай, Фома, — я отодвинул пустую миску. — Пора нам по-хорошему и на постоянную основу нанимать охрану, раз доски будем возить регулярно.