Я понимала, что говорю путано и непонятно, но не могла ничего поделать. Вряд ли я смогла бы лучше объяснить то, что сама только-только начала понимать и ужасно боялась спугнуть.

Его величество, впрочем, разочарованным не выглядел. Скорее, заинтересованным. Он накрыл зависшую в воздухе искорку обеими руками, закрыл глаза, и уже спустя несколько мгновений я воскликнула, увидев, что света, сочащегося между его пальцами, становится больше:

— Получилось!

Король открыл глаза, убрал руки и улыбнулся — восторженно, как ребенок, — глядя на крохотный, размером с грецкий орех, файерболл, в который превратилась искорка.

Из его горла вырвался смех, такой радостный и заразительный, что я невольно засмеялась тоже. Наши взгляды встретились, и в глубине его глаз я увидела отблески огня, а еще глубже — теплоту, которую никогда до этого момента не замечала.

— Это все, конечно, хорошо, — раздался скрипучий голос Кроу, и мы оба вздрогнули, отворачиваясь друг от друга, — но пожар здесь будет некстати. Илар, прямо под твоими руками — документы от людей Париса. Большим трудом добытые, кстати.

Король перевел взгляд на файерболл, наморщил лоб, а затем напряг руки — и огонь погас, развеявшись дымом.

— Думаю, мы договорились, леди Мария, — сказал его величество, глядя мне в глаза. Снова спокойный и равнодушный — На сегодня можете быть свободны, завтра занятия начнутся утром в тренировочной комнате. Прошу вас не опаздывать, и на этот раз я буду присутствовать лично.

— Да, ваше величество.

Вставая, я сделала книксен и почти не пошатнулась. Прошла к выходу мимо Кроу и Этена, склонила на прощание голову, как, я знала теперь, велит придворный этикет.

Почему-то мне безумно хотелось обернуться и еще раз посмотреть в лицо короля, чтобы проверить, остался ли на нем хотя бы след того выражения, мягкого, радостного, от которого секунду назад мое сердце сделало кульбит.

Ну и дура ты, Машка! Ох, дура! Второй раз — на одни и те же грабли. На этот раз все даже хуже, потому что Лешка был сыном бизнесмена, а тут — аж целый король. А главное, с Лешкой ты просто соглашалась на то, что само плывет в руки, а сейчас из исподней сорочки готова выпрыгнуть, чтобы обратить на себя внимание.

Ничему жизнь не учит.

Глава 23. Илар

Некоторое время после ухода леди Марии в кабинете висела тишина. Илар смотрел невидящим взглядом на разбросанные на столе бумаги, а затем поднял глаза на Этена.

— Значит, ты сказки леди Марии рассказывал?

— Да кто же знал, что она такая умная! — возмутился Этен.

Он подошел ближе, сел и положил руки на стол, наклоняясь к Илару."

"Любой из придворных, который увидел бы сейчас Этена, рисковал бы его не узнать.