Мы загнали в нее машину и для маскировки закидали ветками. Водителю я приказал не спать. Буде кто по дороге в сторону поля пойдет – задерживать.

– Оружие есть?

– А как же.

Водитель вытащил из кабины карабин.

– Исполняй.

Мы же пошли к полю. Я вкратце на ходу объяснял, что с большой вероятностью именно сегодня немцы сбросят груз для своих агентов. Свиридов оживился.

– Брать будем? Ох, и люблю я это дело – кровь разогнать.

– Груз перехватить надо, а агента взять по-тихому, без стрельбы.

– А если он отстреливаться начнет?

– Не исключено, но повторяю – желательно взять живым.

Он нам рассказать о всей группе должен. Убитого не допросишь. Если я не ошибся, он один придет, в крайнем случае – вдвоем прибудут сюда. Им еще время нужно – собрать валежник, сложить на поле три костра треугольником. Для самолета это опознавательный знак.

– А если с грузом еще агентов сбросят?

– Будем по обстановке действовать. Для того чтобы агенту пути отхода отрезать, предлагаю разделиться: Николаю – туда, к опушке, а Андрею – левее, от дороги подальше.

– Что-то ты раскомандовался, я старше по званию и должности, – слегка обиделся капитан Свиридов.

– Полковник на сегодня передал бразды правления мне, – сказал я о приказании Сучкова. – Я перед ним отвечаю за исход операции.

Мои товарищи выбрали укромные места. Наверное, где-то недалеко протекал ручеек или болотце было, потому что к вечеру стали донимать комары. «Что-то поздновато для них», – подумал я и сразу забыл о неудобствах, потому как вдалеке появились две фигуры. «Эх, бинокль не взял», – пожалел я.

Люди приблизились, и стало ясно, что это мужчины, только лиц пока не разобрать.

Минут через пятнадцать они остановились на дороге, заспорили, потом двинулись к роще.

Одного я узнал сразу – смазчик Сахно. Второй был мне незнаком. Наверное, еще один агент или пособник.

Мужики, не теряя времени, стали собирать валежник и складывать его в кучи. Одна куча оказалась недалеко от меня, вторая недалеко от места, где притаился Свиридов. А вот с третьей я прогадал. Должен бы Андрей догадаться, что ему переместиться надо. Треугольник получился, только одна из его вершин смотрела не туда, куда я предполагал.

Стемнело. Мужики расположились у рощицы.

Было тихо. Изредка где-то очень далеко погромыхивало да зудели комары.

Часа через два высоко в небе послышался гул самолета. По звуку было понятно – немецкого. В войну на слух различали – свой или немецкий? – даже пацаны, жизнь заставила.

Мужики вскочили.

– Зажигай свой и беги ко второму! – крикнул Сахно.

Неизвестный мне агент помчался разжигать костер. На конце поля взметнулось пламя. Сахно тут же чиркнул пару раз зажигалкой и поджег свой.

Самолет не пролетел мимо, а стал снижаться, описывая широкие круги.