Сжигая энергию в одном мощном разряде, Руслан остановил сердце жены.

Она широко раскрыла глаза, замерла на короткое мгновение и мягко опустилась на пол.

Меркель с перекосившимся лицом проводил её взглядом. В его чёрных глазах протаяло невероятное удивление.

– Ты… её?!

Ещё один импульс-раппорт (войдики внутри отдали всю свою энергию) погасил сознание генпрокурора.

Только после этого Руслан, рухнув на колени, вызвал Грымова:

«Иван, начинайте штурм! Реаниматоров сюда! Срочно! Ярослава… умирает!»

Через несколько секунд в башне Правительства началась суета.

Спецназ контрразведки и ФСБ захватил все этажи Генпрокуратуры, начал уводить людей, арестовывать помощников Меркеля. Примчалась бригада «Скорой помощи», Ярославу и Медведя поместили в реанимационные камеры, и всё это время Руслан сидел рядом с женой, держал её за руку и тупо смотрел на бледное лицо любимой, не слыша ничего, что ему говорили люди: Грымов, Леблан, медики, Шапиро…

Потом, когда реанимакамеры установили в просторное чрево флайта «Скорой помощи» и он залез в кабину, к нему снова подсел Шапиро. По лицу физика бродила странная тень: не то улыбка, не то сожаление, не то смущение.

– Ты это… командир… она будет жить.

Руслан с трудом оторвал взгляд от колпака камеры.

– Я… убил её…

– Знаю, но не убил, успокойся.

– Она мертва…

– Да нет, дружище, я запустил в неё вакцину… правда, без разрешения медиков.

– Какую ещё вакцину?

– Войдиков. Объяснил им, что нужно сделать. Они сохранят ей мозг, даже если смерть уже наступила.

Руслан не сразу понял, о чём идёт речь.

– Войдики?

– Ну да, твои помогли тебе, царство им небесное, а мои помогут Ярославе. Всё будет хорошо! – Шапиро хлопнул его по плечу.

Страшным усилием воли Руслан заставил себя соображать.

– Она… будет… жить?!

– Ну да, я уверен.

Руслан до боли сжал руку физика, встал, прижался всем телом к прозрачному колпаку реанимакамеры, вгляделся в лицо любимой женщины, и ему показалось, что ресницы Ярославы дрогнули…

Февраль 2017"