– Ничего такого я не говорил, – покачал я головой, – характер у тебя не сахар, спорить не буду, но твоя горячность мне по душе, – понизил я голос, едва сдерживаясь от того, чтобы перевести все наши беседы в горизонтальную плоскость. Там бы точно всё стало ясно.

– Вот! Опять! – возмутилась она, ударяя меня в грудь кулачком, который я тут же поймал, целуя костяшки пальцев. – Ты снова об одном и том же!

– А я это отрицал? – приподнял я бровь. – Разве я когда-то строил из себя пай-мальчика? Ты прекрасно знаешь, какой я. И думаю, что другой тебе не понравился бы. Но всё же лучше, если ты будешь считать меня похотливым шлюханом, чем придумывать бредни про отель.

– Почему тогда твой дядя так уверен, что этот брак будет выгоден нашим семьям?

– Потому что это так и есть. Но я ничего не подстраивал. Одно другому не мешает, – убеждал я ее, видя, что она продолжает хмуриться.

– А ты знал о планах отца объединиться с моим и построить сеть отелей?

– Мы с отцом практически не общаемся, – коротко сказал я, не желая вдаваться в подробности наших с ним взаимоотношений. – И если бы он заставил меня жениться на ком-то, был бы послан далеко и надолго. Я сам выбираю, как мне жить.

Принцесса молчала, переваривая мои слова, смотрела мне куда-то в область груди и ковыряла пуговицы на рубашке. Подцепив ее подбородок пальцами, я заставил ее посмотреть на себя.

– Ты сегодня смотрелась в зеркало? – спросил я ее, на что она нахмурилась и в удивлении распахнула глаза.

– Что?

– Ты очень красивая. Самая красивая из всех, кого я встречал. Даже будь ты самой бедной девушкой на свете, любой бы не глядя женился на тебе. Ради тебя самой.

– Так всё, что во мне есть, это красота?! – взвилась Мадина, прищурив глаза от злости.

– Чёрт! – выругался я и отпустил ее подбородок. – Ты способна перевернуть любые слова! Зачем ты это делаешь? Слушай то, что я тебе говорю, и не придумывай лишнего.

– Я слушаю, Ратмир! – бесновалась она. – Ты с самого начала открыто говорил мне про постель. А теперь для тебя сложилась крайне удобная ситуация: и отцу угодишь, и меня получишь! Я для тебя всего лишь трофей твоей огромной коллекции!

После этих слов мне захотелось ее придушить. Какая же она все-таки упрямая!

Прижавшись своим лбом к ее, я размеренно дышал, пытаясь успокоиться и подобрать доводы, чтобы ее убедить.

– Можешь обманываться, принцесса, – проговорил я, отстранившись и поймав ее взгляд, – но мы оба знаем, что я получил бы тебя в постель и без брака. Иначе быть не могло. Рано или поздно я бы сделал тебя своей, и ты не смогла бы сопротивляться. Признайся себе в этом, и у тебя в голове всё сразу встанет на свои места. Мне не нужно было жениться, чтобы заполучить тебя, но я хочу этого. Хочу, чтобы ты была моей навсегда. Только моей. В моей постели. В моем доме.