Он поерзал на стуле. Беспокойство переросло в настоящее замешательство. Должно быть, он теряет хватку, если обращение с дерзкой колючкой доставляет ему столько дискомфорта.

— Тебе не кажется, что ты немного поторопилась? Всего за несколько недель ты поймешь, насколько тебе нравится быть королевой. Разве ты не хочешь немного подождать, прежде чем требовать свободы?

— Вы проводите переговоры, не разведав предварительно обстановку. Почему вы ожидаете, что я сделаю то же самое? — спросила она.

— Может, я предварительно и навожу справки, но я тем не менее доверяю людям."

"Ее глаза расширились. Она не ожидала от него такого ответа. Джавид спрятал улыбку. Большинство людей предполагали, что он предложит жесткие и практичные решения. Но он давно научился быть гибким для достижения своих целей.

— Это тебя удивляет? Что я доверяю людям?

Длинные пышные ресницы Анаис опустились, подтверждая его подозрения, и какое-то время он упивался ее смущением. А потом она подняла свой острый сексуальный маленький подбородок, продемонстрировав пухлые губы, которые слишком часто изгибались, что ему нравилось, и просили, чтобы их поцеловали.

— Боюсь, вера занимает последнее место в моем списке приоритетов, — сообщила она.

— А что на первом месте? — спросил он.

— По моему опыту, честь. На первом месте у меня те люди, которые дают обещания и выполняют их.

Страстность, скрывавшаяся за ее словами, подбросила еще одно полено любопытства в пылающий внутри его костер. Он смотрел на нее, не в силах оторвать глаз.

— Тогда позволь мне сделать для тебя то, что успокоит твой разум. Полностью посвяти себя тому, чтобы быть моей королевой, и у тебя не будет причин добиваться свободы.

С ее губ сорвался хриплый смех, и, если бы они обсуждали не такой серьезный вопрос, он бы рассмеялся вместе с ней.

— Что в этом смешного?

— Мне кажется забавным, что вы думаете, что мне нужно просто смириться с вашими условиями, чтобы быть довольной. Это так типично для мужчин.

Джавид слегка обиделся. Он сделал паузу, чтобы подумать над ее словами. Он продолжал наблюдать за ней, и через несколько минут она начала ерзать.

— Мы установили, что я не собираюсь принимать ваши слова на веру. Лично я хотела бы зафиксировать конкретные сроки. Может быть, два года?

Он наклонил голову.

— Чего ты так боишься?

Ее глаза снова расширились, взгляд задержался на нем на несколько секунд, прежде чем она снова посмотрела в сторону. Ее нежные губы снова скривились.

— Почему вы продолжаете представлять этот брак как что-то, чем он никогда не будет? Вам не приходило в голову, что я делаю именно то, что вы предложили, и ставлю интересы людей превыше всего?

Внезапно он понял.