Она успела пройти половину пути, когда набежавшая волна ударила по камням, взметнулась вверх пенным гребнем и обрушилась вниз. Лирна упала на четвереньки, цепляясь за камни. Когда вода схлынула, она встала и, совершенно мокрая, двинулась дальше. Ей пришлось вытерпеть подобный потоп еще два раза, прежде чем она добралась до мыса.

Узкие, высеченные в выветрившемся граните ступени вели наверх, в пещеру, откуда в небо сочилась тонкая струйка дымка. Камни поросли скользким мхом, и Лирна раз или два оступилась. Сверху открывался величественный вид на океан, в просветах облаков можно было различить изогнутую линию горизонта.

Далеко внизу на волнах покачивалась крошечная, будто игрушечная, «Морская сабля». Солнечный луч пробился сквозь тучи, осветив небольшой выступ на вершине скалы, где стояла Лирна. Она отжала мокрый шарф и заново повязала им голову, защищая ожоги от палящего солнца. В проеме пещеры послышались шаги. Лирна обернулась и увидела темную фигуру. Позади в глубине прохода тускло горел небольшой костер.

— До чего же неудобный насест вы выбрали себе, милорд Щит, — сказала Лирна. — Впрочем, вид отсюда на редкость хорош.

Мужчина был высок и широкоплеч, его длинные светлые волосы трепал ветер. Он молча глядел на незнакомку.

«Шпионы не лгали, он действительно хорош», — подумала она, всматриваясь в бородатое лицо.

— Кто я, вы знаете, — наконец произнес Щит. — А кто вы?

— Лирна Аль-Ниэрен, королева Объединенного Королевства, — поклонилась она. — К вашим услугам, милорд.

Бледно-голубые глаза ощупали ее лицо, затем мужчина отвернулся и, не говоря ни слова, направился в пещеру. Лирна помедлила, не зная, следовать за ним или нет. Однако он почти сразу вернулся с дымящейся глиняной чашкой в руках.

— Я только что заварил чай, — сказал он, протягивая чашку Лирне. — Единственная роскошь, в которой не могу себе отказать.

— Благодарю вас. — Она отпила глоток и приподняла безволосые брови в знак одобрения. — Прекрасный чай. Из южных альпиранских провинций, если не ошибаюсь?

— Вы совершенно правы. В мою бытность пиратом корабли оттуда пользовались у меня полной неприкосновенностью. Взамен они обязаны были обеспечивать меня запасом чая. — Скрестив руки на груди, он наблюдал, как она пьет; свежий морской ветер раздувал его изношенную рубаху.

 — Не успел я сказать братьям, чтобы отправили восвояси посланца владык, как мне прислали вас. Или… Не свергли ли вы часом своего братца и не захватили ли Острова?

— Мой брат погиб. Пал от руки воларской женщины-убийцы в ночь, когда Королевство было захвачено. Меня она опалила Темнорожденным огнем, последствия чего вы видите на моем лице.

— Жуткая история. Примите мои глубокие соболезнования.

— Соболезнования вскоре понадобятся вам самим.