— Да, воларцы не будут ни оскорблять, ни унижать, это верно. Лишь убивать и порабощать. Как раз вчера мы набрели на одну из ваших деревушек: старики и детишки перерезаны, остальные закованы в цепи и угнаны в рабство. Мы освободили их, и люди присоединились к нашему войску. Все они желают драться и, если понадобится, умереть за свободу вашего фьефа и всего Королевства. Если уж вам так хочется следовать чьему-то примеру, зачем далеко ходить?

Близнецы переглянулись, услышав о судьбе поселян. Их ладони сжали рукояти мечей. «Значит, это не их идея, — понял Ваэлин. — Они уверены, что старик искренен в своих намерениях».

— Господин мой, дядя, — начал близнец слева, — возвращаясь к нашему утреннему спору…"

"— Лучше заткнись, Маэзер! — рявкнул старик. — И ты тоже, Каэзер. Ваша дорогая усопшая матушка была мне хорошим советчиком, вы же оба только и делаете, что блеете о великих сражениях, мечах да боевых конях. — Он в упор посмотрел на молодого воина, и тот отвел глаза. — Их мать, — пояснил владыка Ваэлину, — выскочила замуж за именитого ренфаэльского рыцаря. В те дни у меня еще был сын, поэтому я не видел в этом большой беды.

Но затем этот остолоп заразился сифилисом и сошел в могилу, не оставив мне наследника. И теперь я вынужден иметь дело с этими двумя баранами.

— Позвольте узнать, милорд, чего именно вы добиваетесь? — спросил Ваэлин. — Полагаю, мы оба хорошо понимаем, что у вас нет ни малейшего намерения связывать свою судьбу с нашим врагом, а у меня нет времени на расшаркивания.

Дарвус подался вперед и облизнул губы тонким розовым языком. «Если Янус был совой, то этот — настоящая змея».

— Убирайтесь вон! — гаркнул владыка своим племянникам, и те, поклонившись, вышли из шатра.

Они двигались синхронно, словно в танце. — Нет, Марвен, ты останься, — остановил Дарвус графа. — Мне потребуется свидетель нашего маленького соглашения. — Он скользнул взглядом по Дарене, потом продолжил: — Недавно один из моих шпионов встретился с человечком из Пределов. С управляющим какого-то протухшего горняцкого поселка. Кажется, с ним неважно обошлись.

Ваэлин услышал тихий шепот Дарены: «Идисс».

— На свою беду, мужик напился в одном из портовых кабачков Студенца, — продолжал Дарвус, — но перед тем успел поведать одну любопытную историйку…

— Лорд, я же говорил, что у меня мало времени, — перебил его Ваэлин.

— Золото, — медленно протянул старик, не сводя глаз с Дарены. — А вы, госпожа, такая скрытная. — Дарвус наклонился, снова облизнув губы. — Один из уроков, которому учит долгая жизнь, заключается в том, что шанс обогатиться приходит и уходит, словно морской прилив, а Нильсаэль находится слишком далеко от золотой волны. Но только не в этот раз. На сей раз мы получим свою долю.