Шаманка села верхом ему на спину так, как она проделывала со многими другими, и запустила пальцы в его волосы.

«Но я не болен! — думал он. — Прекрати это!» Однако, у нее, казалось, были другие планы по отношению к нему, чем лечение от болезней. Ее руки мягко скользнули вперед, вокруг его лба, не прикасаясь к нему; между его кожей и ее руками было небольшое расстояние, но он чувствовал, как сильное тепло от них вливалось в него, проникало сквозь кожу и кости и входило в его мозг. Это было жутко и приятно в одно и то же время. Сексуальные, живые ощущения, жгучие, проникающие.

Да, Венделю казалось, что мощная эротическая сила, исходившая не от самой Тун-ши, переходила через нее в него. Хотя он и противился этому, он заметил, что действие на него было таким же, как и на предыдущего мужчину. Но поскольку Вендель сидел, подобравшись, никто не мог этого заметить — к счастью. Но у него было неприятное ощущение, что Тун-ши знала о его мучительном состоянии.

Затем она его отпустила. Все время она шептала ему в ухо заклинания. Они еще продолжали звучать в нем, хотя он не понял ровно ничего. Шаманка села между Ироваром и Венделем.

Они почувствовали, как она устала. Оба положили ей за спину руки, чтобы она могла на них опереться. Затем Тун-ши начала рассказывать, что она испытала в мире духов. Ее голос был удивительно звучным, будто она собрала все свои силы для того, чтобы все слышали.

Она рассказывала долго. Вендель видел, как постепенно светлели вокруг них лица. Предсказания, виды на будущее были, явно, хорошими.

Тун-ши пришлось почти отнести в чум в постель.

— Она великолепна, — констатировал Вендель.

— Лучшая в этих краях, — подтвердил Ировар с благоговением в голосе.

 — Многие шаманы вынуждены подбадривать себя красным в белую крапинку грибом, который растет в лесах. От него бывают видения. Тун-ши в этом не нуждается. Случается, что в зимнее стойбище приходят люди других народностей — ханты и манси, чтобы спросить у нее совета. И это необычно!"

"Вендель знал, что остяки и вогулы называли себя ханты и манси. Оба слова означали «человек».

Ировар перевел хвалебные слова Венделя своей жене. Она устало кивнула.

— Я слышала это, — сказала она кратко, но Венделю показалось, что он заметил радость на ее лице.

Вместе со своими двумя детьми Ировар пошел спустить на воду лодку. Вендель вызвался присмотреть тем временем за Тун-ши, и внезапно понял, что это было тем, чего желали все. Особенно она сама.

Возможно, он был трусом, но он не осмелился спросить, что такое она проделала с ним. Вместо этого он молча сидел неподалеку от ее постели, готовый бодрствовать, пока она спала. Он уже приготовил свой узел к отъезду.

Однако, Тун-ши и не думала спать. Она была сейчас бледна, как мертвец.