А затем, под громкое хихиканье маленькие руки начали спускаться за кромку штанов, пытались расстегнуть пояс… Хихиканье? Приглушенный смех и шепот? Сон Венделя сразу как рукой сняло. Он взвился, будто ужаленный пчелой.

— Нет! — заорал он бешено по-шведски. — Нет, оставьте меня в покое, проклятые маленькие ведьмы!

Его возмущение и злость были так очевидны, что девушки разлетелись во все стороны, как испуганные цыплята. Они сидели, прижавшись спиной к стене и выглядели такими перепуганными, что гнев Венделя улегся. Он ободряюще улыбнулся. Тогда они сразу же вернулись, виноватые, ластящиеся. Вендель застегнул пояс и объяснил голосом, который должен был звучать строго, но не звучал так, что он устал и хочет спать. Он был утомлен, слаб и болен. В то же мгновение раздались бурные протесты. О нет, он совсем не слаб! Он вполне способен делать это, они же заметили! Все это они объясняли на языке, незнакомом ему. Но он и так понял, о чем они говорили. Хотя они разбудили в нем чувства, которые было трудно заглушить (было странно, что они вдруг стали вырисовываться перед ним такими привлекательными, эти маленькие создания), ему все же удалось проявить твердость и решительность. Сейчас спать! Ничего другого! И если они не оставят его в покое, то… Ну, и что же бы он сделал? Ушел от них? В это они вряд ли бы поверили, они были сейчас гарантией его жизни. Ударил бы их ножом? Такую угрозу он не смог бы привести в исполнение против этих милых маленьких существ. Так что все кончилось пустыми общими словами. И они обещали, без слов, испуганные и виноватые, со слезами на глазах, что оставят его в покое.

Это обещание они сдержали. Но он услышал тихие всхлипывания, прежде чем заснул. Это больше, чем что-то другое, сказало ему, каким отчаянным было их положение. Знать, что у них не будет мужчин. Никогда в жизни.

Они рано отправились в путь. Вендель пытался скрыть, что чувствовал себя плохо, время от времени он ощущая неприятную дрожь. Зато он был приветлив и усерден и помогал там, где требовалась мужская сила. Но девушки были необычайно проворны и имели сильные руки, так что его помощь была скорее символической. Им нравилось восхищаться его силой, а ему нравилось слышать их восхищенные возгласы. Они все время просили пощупать мускулы его рук, и при этом их черные глаза сверкали и улыбались. Сейчас Вендель радовался тому, что тяжелая работа в Тобольске хорошо натренировала его тело. В обществе этих созданий он стал таким ребенком, что безудержно наслаждался, демонстрируя им свои возможности.

Все шкуры с чума они свернули и погрузили на легкие нарты. Туда же положили пожитки Венделя. Они использовали необыкновенно быструю и проверенную опытом систему упаковки и погрузки. Больше всего времени в то утро заняла трапеза.