"

"Пища чуть было не застряла у Венделя в горле от испуга — из-за поворота реки навстречу ему шла шхуна на всех парусах. Он быстро запихнул волосы под шапку. Судно прошло мимо совсем близко. Двое мужчин стояли у поручней и рассматривали его. По их одежде он понял, что это — русские. Он махнул рукой и выкрикнул приветственные слова.

— Куда держишь путь? — поинтересовались они.

— В Самарово, — ответил он. — Долго ли еще плыть?

— Долго, долго, — ответили они, улыбаясь.

Это прозвучало ободряюще. Затем судно скрылось из вида. Он остался один в пустыне. Он предположил, что это были скупщики пушнины на пути в Тобольск. После того, как они исчезли из вида, чувство одиночества у Венделя усугубилось.

Голова стала зудеть. Поскольку время было еще раннее, он как следует прополоскал шапку в реке, пока не убедился, что все бесплатные пассажиры исчезли. Затем он окунул в воду всю голову и, свесившись с борта лодки, полежал так некоторое время. После этого он просушил голову и шапку на солнце.

После полудня он увидел на восточном берегу изгородь. Люди! Чуть поодаль показались рыбачьи сети. Шапка! Она не совсем просохла, но ничего не поделаешь.

Он ожидал встретить город или деревню, но увидел лишь несколько простых изб-времянок, построенных из стволов и ветвей, скрепленных корой. Охотники или рыбаки. Он был в стране вогулов, это он знал. Они селились к северу от Тобольска, он часто видел их с мехами в городе. Они были кочевниками, жили только за счет охоты и рыбной ловли. Они были для него не опасны. Они не любили царскую Россию, облагавшую их большими налогами.

Вендель подумал, не пристать ли ему здесь, но решил, что это не нужно. Он не понимал их языка и не имел времени для таких остановок. Он должен плыть дальше. Так что они только помахали друг другу руками — рослый белокурый швед и маленькие жители этой глухомани.

Но теперь он почувствовал себя спокойнее. Тут и там в необъятной тайге жили люди. Он много слышал о вогулах. Об их запутанной религии с ордами богов и духов, о множестве их душ. Считалось, что у мужчины пять душ, у женщины — четыре, столько же, сколько у медведя, который был приравнен к людям. Их религией было шаманство. Они боялись мертвых, потому что те могли прихватить с собой парочку из их душ ради компании. Мертвые были прямой противоположностью живым и делали все наоборот. Вогулы жили очень скромно. Они не употребляли другого «молока», кроме березового сока, который собирали с деревьев. Шведы в Тобольске высказывались об «этих дикарях» снисходительно, даже презрительно. Но Вендель был достаточно дальновидным, чтобы понимать их, даже восхищаться ими.