Зазвонил телефон, Бережной снял трубку.

— Да, проведите. — Оглянулся на Реутова: — Зови Семенова, приехал врач, сейчас прививки от этого штамма гриппа нам сделает.

Реутов достал телефон и набрал номер Семенова, а в кабинет заглянул дежурный.

— Привел, Андрей Михайлович.

— Так пусть входит, что ж ты доктора в коридоре маринуешь? — Бережной собрал со стола бумаги и фотографии. — И вот, возьми деньги, пусть кто-нибудь сбегает в магазин и бутербродов купит, а то и пиццу.

Дежурный пропустил в кабинет мужчину лет пятидесяти, которого сопровождал совсем молодой парень с блестящим контейнером в руках.

— Здравствуй, Андрей.

— Давно не виделись, Дмитрий Дмитриевич. — Бережной вышел из-за стола и пожал руку вошедшему. — Знакомься, майор Реутов, мой коллега, вместе работаем над этим делом. Майор, это Дмитрий Дмитриевич Озарянский, мой давний друг, врач-вирусолог. Специально к нам из Питера приехал.

— А это мой сын Стас. — Озарянский повернулся к сопровождавшему его парню. — Стас, поставь контейнер на стол, что ты замер? Андрей, я приехал сразу же, как получил твое сообщение. Коллеги из МЧС согласились на мое участие в расследовании, и я привез вакцину от этого штамма.

Я вас обоих сейчас осмотрю… Погоди, ты говорил, вас трое?

— Семенов уже идет. — Реутов покосился на дверь. — Доктор, у меня есть к вам вопрос. Как могло случиться, что вирус был распылен в общем коридоре, а первым заболел здоровый молодой парень, практически не бывающий дома, тогда как дети, постоянно находящиеся в зараженном помещении, слегли через сутки-полтора после него?

— Никак. — Озарянский уже снял пальто, под которым оказался аккуратный серый костюм. — Андрей, где руки помыть?

— А вот, моя комната для отдыха.

 — Бережной открыл дверь в маленькую комнату, вмещавшую диван, небольшой шкаф и умывальник. — Но дело в том, Дима, что майор задал тебе абсолютно резонный вопрос. Первым заболел Олег Горчинский, двадцать семь лет, программист, который практически не бывал в общем коридоре и вообще домой приходил только ночевать. Но как раз он слег первым, а дети заболели позже, как и взрослые.

— Насколько позже?

— На сутки-полтора. Если он всех заразил, то зачем было распылять вирус в коридоре? А если он заразился от распыленного вируса, то почему остальные заболели позже? Разве такое возможно?"

"— Нет.

 — Озарянский вымыл руки и уступил место около умывальника своему сыну. — Инкубационный период этого штамма — двое суток. Если только человеку не ввели вирус прямо в кровь или не скормили вместе с едой или питьем. И если допустить, что ваш парень заболел и заразил остальных, то заболеть они должны были только сегодня и не так тяжко, как сейчас, а первые симптомы.

— Ерунда какая-то получается. — Реутов пожал плечами.