По коридору, пошатываясь, шаркала женщина, обряженная в грязный цветастый халат. Лицо ее распухло от побоев и пьянства, волосы, не мытые, кажется, несколько лет, грязным колтуном свисали набок. Остановившись у открытой двери, она попыталась заглянуть в комнату через плечо полицейского, но тот кивнул ей — проходи, мол, куда шла.

— А я к нему в дверь стучала, — проговорила женщина хрипловатым голосом, звучащим истерикой, заглядывая в квартиру с хищным интересом. — Я этому гаду стучала, руки отбила, просила открыть, открыл бы, глядишь, Вася живой бы остался.

— Не мели ерунды, дура. — Полицейский оттолкнул женщину. — Нормальный парень, с чего ему в ваши пьяные драки вмешиваться! Иди лучше, вымойся, вонючка, смотреть на тебя противно. Да если узнаю, что кто из вас к парнишке пристанет, в обезьянник отволоку, ясно?

— Ясно… Что ж неясного…

Женщина пошаркала по коридору дальше, а полицейский хитро взглянул на Генку.

— Значит, и правда, не видел ничего приятель ваш? Ну, если что не так, обращайтесь — я на втором этаже живу в десятой квартире, там у меня все по струнке ходят, не то что эти. Так что, если они будут приятелю вашему досаждать, пусть не стесняется, прямиком ко мне идет, я им тут живо объясню, почем дыни на базаре. Меня здесь все знают, я Семенов, Виталий Андреевич. А вы?

— Геннадий Щелканов, а живет здесь мой друг и партнер, Олег Горчинский.

— Фамилию-то его я знаю, видел в списках жильцов. Что ж, выздоравливайте, а я к приятелю вашему как-нибудь загляну — потом, как он поправится. Познакомимся, поговорим, жизнь так устроена, что люди друг другу нужны бывают иногда.

— Тут полностью согласен. Телефончик не оставите? Так, на всякий случай.

— Тоже верно. Мало ли что случится, а так мы и знакомы уже. Запиши.

Генка занес в телефон номер полицейского, взамен выдал ему свою визитку, они пожали друг другу руки — знакомство состоялось, и оно может быть полезным. Заперев дверь, Генка с тревогой заглянул в комнату.

— Ну, что?

— Ничего хорошего, интоксикация сильная. — Врач, который привез капельницу, угрюмо смотрел на градусник. — Температура сейчас начнет падать, но это ненадолго. Оставлять его одного нельзя, конечно, и потому я предлагаю перевезти пациента в больницу.

— Он ненавидит больницы. — Генка вздохнул. — У него мать полгода по больницам пролежала, насмотрелся.

— Понятно. А кто-то может остаться с ним? Родственникам позвонить?

— Нет у него никого. — Генка нахмурился. — Мать умерла около года назад, а больше никого. И мне, как на грех, надо в офис — Олег слег, мне за двоих справляться теперь, а у нас запара полнейшая. Может, сиделку нанять?

— Я останусь. — Наташа осторожно пощупала пульс больного. — Вот здесь, в кресле, устроюсь, оно раскладывается.