Такое ощущение, будто я ему как минимум на дверь указала, а как максимум отвергла предложение руки и сердца!

Ранделл с трудом сдержал улыбку и почтительно поклонился:

– Прикажете наказать?

Кого наказать? Меня наказать? Да за что?! Это защитная реакция организма, я даже не уверена, что желание демонстрировать не дружелюбный оскал каждому встречному принадлежит мне, а не собачьей натуре, которая обитает где-то в недрах этого тела.

Метнула затравленный взгляд на хозяина и задержала дыхание в ожидании ответа этого надменного мужлана. Если он даст добро, я его укушу. Точно укушу! Чтобы страдать не просто так.

– Ты посмотри! Боится! – с какой-то детской радостью воскликнул грозный правитель, и я почувствовала злость, клокочущую внутри.

Ему что же, доставляет удовольствие видеть в окружающих страх?! Это он так пытается самоутвердиться?!

Никогда не понимала таких хозяев. Особенно, когда в питомник попадали покалеченные четвероногие после демонстрации силы вот таких вот индивидов.

– Гончие разумны, вы же знаете это, – мягко, будто ребёнку, напомнил Ранделл, и на этот раз уже блондин не удержался от короткого смешка.

Мужчина нахмурился, грозно так, будто вот прямо сейчас он устроит всем и каждому личный Армагеддон, но внезапно передумал, устало вздохнув:

– Я знаю, что они разумны, – развернувшись ко мне спиной, он прошёл по просторному помещению, которое я наконец-то смогла рассмотреть без морской качки затуманенного сознания.

На лабораторию это было похоже мало. Да что там! Вообще не похоже! Скорее на кабинет опального правительства где-нибудь в катакомбах. Каменный сводчатый потолок, такие же стены, завешанные множеством карт и схем непонятного назначения, широкий шкаф с узкими полочками, где в беспорядке лежали разные свитки, а у дальней стены большой овальный стол. Точно, бомбоубежище! Вот только почему лабораторией это назвали? Или это у них шифр такой?

– Но меня больше интересует способность гончих чувствовать в окружающих эмоции.

Мужчина обошёл стол и тяжело опустился в резное кресло, спинка которого величественно возвышалась над его головой ещё на целый метр.

А вот это любопытно. То есть, я всё же что-то могу, помимо того, что рычать и выпрашивать обед за столом? Но почему я сама этого не почувствовала? Или все эти страх Иниго и Аманды, дружелюбие Тибби, злость Ранделла и величества относятся к моему супер дару?

Честно, я даже обрадовалась. Хоть что-то у меня как у той самой попаданки, книгу про которую пролистала! Или чтение эмоций с натяжкой можно причислить к супер способностям? Да уж, о чём это я думаю… Мне бы тело вернуть, а я оцениваю крутость дара, который, возможно, вовсе у меня отсутствует.