Сейчас можешь помолчать, но подумай, о чём будешь рассказывать, когда вызовут. Хорошо подумай, ведьмочка. Другого шанса не будет. За убийство эльфийского посла тебе грозит…

Он не сказал, но я и так знала. Смертная казнь.

Плечи опустились ещё ниже, в глазах защипало. Но идиотизм ситуации заключался в том, что меня расстраивало не разбирательство, а тот факт, что Виерлен так и не явился. Он мною воспользовался, вернул с помощью доверчивой ведьмочки свою силу, и всё. Пропал.

Получается, он меня… не любил. Видимо, я ему даже не нравилась, раз поступил так подло. Не просто бросил, но ещё и подставил, причём смертельно.

Ненавижу его. И хранительниц тоже ненавижу. Сводницы проклятые. Вот умру, стану духом, и… организую альтернативный совет!

Мысль об оппозиционной хранительницам группировке взбудоражила и придала силы, но лишь на время. Я металась по камере, захваченная этой идеей, и мысленно выстраивала самую коварную, изощрённую, извращённую месть!

Наваждение схлынуло ночью – я наконец признала, насколько это всё нелепо. Снова навалилась апатия, а утром в камеру явился начальник блока и сказал хмуро:

– Вставай ведьма, тебя вызывают.

Помолчал и добавил:

– Поедешь во дворец.

Дворец… Я не обрадовалась – понимала, что ничего хорошего там не светит. В карете ехала с кислой миной, с той же кислой миной шла по роскошным коридорам мимо прижимавшихся к стенам редких слуг."

"Когда меня наконец завели в просторную светлую комнату, которая выполняла роль переговорной, в груди вспыхнула искра надежды. Во-первых, я увидела моих девчонок в компании ожившего и совершенно здорового Жорика, а во-вторых, здесь присутствовал Морис. Исхудавший, побитый, заросший щетиной, недовольный, зато живой.

– Девочки, – выдохнула я. Потом сделала вежливый книксен: – Верховный.

Ведьмочки бросились ко мне, но были остановлены строгим «кхе-кхе» от Торсиваля.

– Девушки, вы помните, о чём мы с вами договаривались? – произнёс кронпринц сурово. – Вы находитесь здесь ровно до тех пор, пока соблюдаете приличия.

Яся, Клисса и Танка посмотрели на принца как на врага. Во взгляде Жорика прочиталась хмурая угроза – ясно, что хорёк живёт не здесь, но с этого дня, Торсивалю лучше убирать туфли на верхние полки бронированного шкафа.

– Всё в порядке, – выдохнула я.

Сказала и лишь теперь заметила эльфийскую делегацию. Тут были все, включая трио моих подопечных – Талинэ, Литемель и Идриль.

Длинноухие смотрели с пылающей ненавистью. Показалось, стоит приблизиться, и всё, над одной ведьмой тут же устроят жестокий самосуд.

– Я не понимаю, что здесь обсуждать, – вторя моим мыслям, отчеканила Талинэ. – Эта ведьма – убийца, и мы требуем передать её Изумрудному лесу. Мы сами проведём допрос. Уж поверьте, мы это умеем.