— Жди нас завтра — прилетим на моей вимане! И думай о свадьбе!

Потом, потом чуть подумав, набрала номер Елецкого — он тоже должен знать. Обязательно!

— Елецкий, блядь! — почти прокричала Талия в эйхос. — Ты представить не можешь какая жесть! Я выхожу замуж! За князя! Гену Мышкина! И рога, если что, у меня отвалились!

Глава 19

Если хочется погорячее

— Ну что, жив он? — какой-то молодой мужчина, тронул меня за плечо.

— Жив, — отозвался я, сидя на корточках возле князя и пытаясь ослабить влияние яда на уровне энергетики тел.

Я не целитель, и никогда не стремился им стать. Вполне неплохо мне удается справиться с проблемами собственного физического тела лишь потому, что любые подобные неприятности я купирую собственной сильной энергетикой и умело использую шаблоны магического воздействия на собственный организм. Но с чужим телом все гораздо сложнее. Как говорится: это другое. Тебя просто нет в другом теле, и если ты можешь его отчасти контролировать переносом собственного внимания, то это неглубокий контроль, а главное, он недолговременный.

— Алекс, правда же, ты не дашь ему умереть?! — Элизабет была по-настоящему напугана. — Это же был яд? Этот бокал мог достаться любому из нас!

— Надеюсь, они отравлены все! — усмехаясь произнес Теодор Барнс, со злостью глядя на жену, и дальше его понесло: — Здесь все отравлено! И все сдохнут! А ты, моя дорогая шлюха, сдохнешь в самых жутких мучениях! — британец дико засмеялся и пошел в сторону беседки, где еще недавно играл оркестр и несколько пар безмятежно танцевало «Тобольскую Принцессу».

— Спасателей и полицию вызвали? — спросил кто-то и этот вопрос снова был обращен ко мне, словно я здесь за все отвечал и всем распоряжался.

Я не ответил. Встал, зная, что больше ничем не могу помочь князю Мышкину, и направился к выходу из террасы. Если Служба спасения прибудет достаточно быстро и там окажутся нормальные специалисты, то есть шанс, что князя спасут.

В голове вертелась мысль: «Неужели произошедшее — происки Геры? Снова она хитро подсунула кому-то коварную мысль? Кому? Барону Теодору Барнсу?».

Конечно, у Теодора был мотив. Еще какой мотив — мотивище! И его нездоровая радость из-за случившегося как бы бросает на мужа Элизабет тень. Возможно, вино отравлено во всех бокалах, стоявших на подносе — их было пять. Если господин Барнс думал, что я — любовник Элизабет и знал о ее нескромных связях с Мышкиным, то яд в вине — вполне удобный способ расправиться с нами всеми одним махом. И тогда здесь действительно не хватало графа Кальвера и еще кое-кого, о ком Теодор, возможно, не знал. Но, с другой стороны, такое убийство не делается спонтанно. Оно должно быть спланировано, подготовлено.