Еще раз глубоко вздохнув, я сделала пару небольших глотков из своего бокала и вернула его на стол.

– Надеюсь, с вами все в порядке, миледи? – тихо поинтересовался супруг."

"– Все хорошо, дорогой, – громче, чем следовало, произнесла я, вогнав в ступор дракона.

А вот первую красавицу двора перекосило. Да я ради такого зрелища его могу и любимым назвать. Даже два раза могу, но баловать не стану. Мысль прибавила мне уверенности и несколько улучшила настроение. Хотя есть я больше не рискнула. Мало ли какие тут еще концерты заготовлены, а у меня психика неокрепшая. Юная такая.

Когда подали чай, за столом завязалась беседа, но на меня все же посматривали ехидно, пряча улыбки в чашках. Чувство неловкости все усиливалось, потому что Кати продолжала меня провоцировать, а герцог не сделал ни единой попытки облегчить мою участь. Ящерица тоже вышла на тропу войны и вовсю мстила маленькой мне за свой предобеденный спонтанный полет.

Обстановку несколько разрядил король. Он лично пододвинул ко мне блюдо с небольшими воздушными пирожными и произнес:

– Попробуйте этот изысканный десерт, герцогиня. Моему повару нет равных в его приготовлении.

– Благодарю вас, ваше величество. Я, кажется, уже готова влюбиться в вашего кудесника. – И я, пожалуй, первый раз за весь долгий обед улыбнулась.

На короткий рык со стороны супруга не обратила никакого внимания, а ужимки графини мне порядком надоели и больше не производили на меня нужного ей эффекта, поэтому я смогла спокойно попробовать предложенное монархом угощение. Едва положив в рот кусочек, я чуть не застонала от удовольствия. Вкус действительно был божественным.

– Нравится? – с улыбкой спросило величество.

– За такой десерт можно родину продать, – выдохнула я, когда смогла говорить. – О-ой! – это снова произнесла я, когда осознала, что и при ком ляпнула.

В огромной столовой, в самом узком кругу королевских друзей воцарилась тишина. Мертвая. Я сидела и даже не дышала. Страх забрался под кожу и покрывал ее неприятными мурашками.

А потом тишину вдруг разрушил смех, громкий, раскатистый и пугающий меня еще больше. Драконы хохотали. Оба. Причем смеялись так, что смахивали салфетками слезы. И уже глядя на них, стали подхихикивать другие придворные. Обстановка разрядилась, ситуация разрешилась, и я наконец смогла вздохнуть спокойно.

– Леди Саманта, вы настолько же честны, насколько непосредственны, – выдохнул король. – А это, знаете ли, подкупает.

– О, там, где дело касается непосредственности, ваше величество, могу вам открыть неограниченный кредит, – поспешила заверить я, порождая новый приступ хохота.

– Кредит! – пыхтел монарх между приступами смеха. – Мне! Королю!

Герцог спрятал лицо в ладонях, но плечи его тряслись.