– А давай во Фришоп пойдем!

– Куда?!

– Во Фришоп,– деловито повторил Мыш.– Ну, где ты твои эти, красные, купил.

– Хорошая у тебя память,– усмехнулся Духарев.– Только ничего не выйдет. Нет больше фришопа.

– Пожгли, что ли? Кто?

– Таможенники.

– Не слыхал. Должно быть, далеко отсель?

– Ох далеко! – Серега подмигнул.– Сладушка, а скажи мне, у тебя яда какого-нибудь быстродействующего нет?

– Зачем тебе?

– А вот для этого,– Серега показал на стрелку.– Чтобы попал – и наповал.

– Нет.

Серегина идея Сладе явно пришлась не по душе.

– Я слыхал, меряне ядом стрелы мажут! – сообщил Мыш.

– А какое-нибудь снотворное? – не отставал Духарев.– Быстродействующее?

– Снотворное? Сонное зелье, что ли? – Слада задумалась, но додумать не успела, потому что в лавку заглянул мужичок в шитой красным рубахе.

Физиономия – как блин. Мерянин. Легок на помине.

– Девка-знахарка тута? – поинтересовался он.

– А тебе чего? – спросил Мыш.– И сам – кто будешь?

– Дык на Пнищах кабан огнищанина погрыз,– сказал мужик.– Я закуп евойный.– Глянул на Сладу: – Ты, что ль, знахарка будешь?

– Я,– кивнула Слада.

– Пойдешь? Иль мне до волохов идтить?

– Сильно погрыз? – деловито спросила Слада.

– Жилу порвал. Пойдешь?

– Пойду,– сказала Слада.

– Ну тады бывай.

– Эй! – крикнул Мыш.– А не проводишь?

– На что? – махнул мужичок.– Дойдет. Ить, дорога утоптана.

– Пускай идет,– сказал Духарев.– Я провожу. Далеко эти Пнищи?

– Да не,– ответил Мыш.– Шесть верст от развилки. Идите. А я в лавке посижу. Трубу мне свою оставишь?

– Оставлю,– Серега поднялся.

Слада быстро собрала свою лекарскую суму.

– Огнищанин – эт добре! – заметил Мыш.– Кун десять даст. А то и целую гривну.

Тут он был прав: огнищанин – не простой пахарь. Для Слады такое приглашение – удача. Ну не все же ей чирьи лечить!

Глава 27,

в которой спокойная полоса в жизни Сереги

Духарева заканчивается большими неприятностями

До развилки дошли быстро. Слада молчала, обдумывала, должно быть, будущую работу. Серега тоже был болтать не настроен. Шагал, по сторонам поглядывал.

Идти было легко. Теплый ветер обдувал лицо и шею. Воздух был так вкусен и легок, что от этой чистой легкости просто летать хотелось.

Последние дни погода была замечательная. Солнышко светило вовсю. Надо полагать, Дажьбог остался доволен своими почитателями."

"Утомленный трехсуточной праздничной каруселью, весь Малый Торжок лежал в лежку. И гости города, и его постоянные обитатели. Слада и Духарев были, вероятно, единственными взрослыми жителями городка, способными к прямохождению после Дажьбоговых игрищ. В лавку то и дело прибегала посланная старшими ребятня: за укрепляющими снадобьями. Трехдневное отсутствие покупателей окупилось сторицей. Впрочем, и эти, праздничные, дни «семейство» Сереги не бездельничало.