Нашьём скрытные плотные пологи-накидки, что так хорошо показали себя на последнем выходе. Всё это, чтобы не обременять себя лишними тяжестями в переходах, чтобы удобней и быстрее было готовить пищу и маскироваться на местности. В общем, братцы, работы нам с вами теперь предстоит непочатый край. Дольше вас держать я сейчас не намерен. И с завтрашнего дня, помня, что сам дал вам неделю на отдых после обязательного построения с проверкой, будем мы заниматься только лишь по паре часов, а потом вы будете отдыхать до вечерней проверки и заниматься своими делами. Вопросы ко мне есть?

Вопросов у личного состава не было, поэтому проверив внешний вид и оружие в шеренге и сделав несколько замечаний, скорее для порядка, чем из личного занудства, Алексей распустил строй. К себе в дом, где он был на постое, он попросил зайти только лишь унтер-офицеров.

Горели две сальные свечи в горнице, где за столом сидели русские солдаты. Домочадцы, пожилая пара валахов, старались им не мешаться. Хозяин, Стефан, работал на дворе, задавая корм скотине, а пожилая Мируна пряла что-то в своей маленькой комнатке.

Валахи как народ отличались большой недоверчивостью к чужим людям. Слишком много они претерпели за долгое время своей истории от чужаков. Русские их не притесняли, за постой они платили всегда исправно и полностью, даже бывало, что и помогали им по хозяйству, такие привычные к тяжёлому физическому труду. Но всё-таки это были для них чужие люди, и лучше было держаться от них подальше, вон у них сколько всякого оружия на себе навешено."

"– Ну что, господа командиры, поздравляю вас ещё раз с производством в старшие чины, – начал разговор Лёшка. – Приказ по этому поводу уже подписан сегодняшним днём, так же как и по утверждению общих штатов нашей команды. Осталось нам только её с вами сформировать. Давайте задавайте вопросы, кому и что осталось не ясно?

– Да вроде всё понятно, ваше благородие, – почесал голову Макарыч.

– Егерский мундир нам сохранили, штуцера и егерскую амуницию тоже, значит, и способ боя остаётся у нас тот же, что и был раньше?

– Ну как сказать, – теперь над ответом задумался уже и Егоров.

– Обычные егерские команды при наших пехотных полках ведь действуют в основном перед строем своих же полков и прежде всего именно в их интересах, как их приписные застрельщики и охотники. Отдельные егерские батальоны в армии выполняют то же самое, но только в интересах бригады, дивизии или же сводного корпуса. А вот нашим делом, делом маленькой команды егерей, будет, наверное, в большей мере такая индивидуальная, нуу, как бы такая особая разведка неприятеля, а иногда и проведение по нему тайных ударов.