При одной мысли о том, как я прикасаюсь к её шёлковой коже губами, напряжение в паху стало невыносимым, и я уже подумывал о том, как бы его скинуть. Но стоило мне подняться на ноги для обратной трансформации, как дверь в мою комнату распахнулась и вслед за котом вошла ОНА. Мой персональный рай, моё искушение и испытание. Моя вейсанта.

Обведя разгромленную комнату каким-то диким взглядом, Кристина в шоке уставилась на мою большую тушку, побледнела и начала пятиться.

Ад и пепел! Ну почему я не прибрался в своём свинарнике? Она же может сейчас запнуться за одну из больших щепок и упасть!

Трансформация заняла у меня доли секунды, и я рванул к ней в привычном для неё мужском обличье.

Девушка тихо вскрикнула с округлившимися глазами, резко развернулась и трепетной ланью кинулась прочь.

А то, что я голый и с эрекцией, дошло до меня лишь тогда, когда я выскочил вслед за ней в коридор…

*

Кристина

*

Вот чуяла я и пятой, и всеми остальными точками своего тела, что это была плохая идея. И чем ближе мы с Кеем подходили к комнате Даэрона, тем сильнее мне хотелось повернуть назад.

– Не будь трусишкой, мышенька! – Кей чувствовал моё настроение, но был настроен решительно и бодро семенил впереди меня по коридору, задрав хвост.

 – Всё пройдёт как по маслу, даю тебе слово кота! Отожмём, то есть примем у ящерки колечко, вознаградим его невинным поцелуем и быстро ретируемся, пока он от шока, в смысле от счастья, в себя приходить будет! Ой, смотри, у него даже дверь приоткрыта! Я так и знал: это он нас ждёт!

– Может, всё-таки постучимся? – меня терзали смутные сомнения, но Кей уверенно распахнул лапкой дверь и вошёл внутрь.

Я робкой тенью проскользнула вслед за ним.

И замерла в шоке.

Кей упоминал, что Даэрон зачем-то разгромил свою комнату и поэтому спал на кровати Даниэля. Но разрухи в стиле третьей мировой я не ожидала. Искорёженная, местами обугленная мебель, разодранная на мелкие досочки и британский флаг кровать, стены в выбоинах, как после точного попадания ракет «земля-воздух», пол, усеянный песком, щепками и сплошь покрытый белыми перьями. «Враги сожгли родную хату», картина маслом.

И довершал этот живописный пейзаж крылатый динозавр, сидевший на полу посреди всего этого безобразия и с упоением нюхающий белоснежную подушку.

Заметив нас с Кеем, драконья морда встрепенулась и уставилась на меня осоловелым немигающим взглядом, словно эта громадная тушка была под каким-то наркотиком.

Мне стало не по себе, и я медленно попятилась назад.

Зря мы сюда пришли. Ой, зря-я-я…

Но Кей, видимо, так не считал. Краем глаза я уловила, как разбросанная на грязном полу мужская одежда зашевелилась, и в голове промелькнула мысль, что у меня уже глюки на фоне стресса.