, — говорит неуверенно, по глазам вижу, не договаривает!

— Приехала и долго пробыла? Может, сообщение какое оставила? — Пытаю и злюсь. Каждое слово вытягивать должен.

— Да сразу и назад, — мямлит, почёсывая за кошачьим ухом.— Зашла в дом, отогреться не успела, велела всем своим обратно по коням. Я ей говорю, мол, жди прилетит он. А она...

Замялся боец. А у меня в груди похолодело.

— Что она?!

— Сказала, что ты и Имира подлые змеи.

Твоооою маааать.

— Она в моей комнате была?!

— Ну а куда её? — Пожимает плечами.

Рванул в дом, чуть патрульного не сбил, а точнее сам едва не сбился об него. Рокон в холле встречает.

— Говорил я, убрать всё было надо! — Восклицает десятник сходу, недовольный. — Дурень ты, Крис.

— Лучше молчи, — шиплю на него и по лестнице на третий этаж взлетаю. Мчу по коридору до комнаты. Открываю дверь, и сердце обваливается.

Что же я натворил! Сентиментальный идиот!

Весь конструктор разбросан по полу, собранное разбито в дребезги. Хватаюсь за голову, оглядывая масштабы её истерики. Я ведь до сих пор ничего не трогал, рука не поднимались. Только одежду её убрал.

Суууука.

На кровати расправленные аккуратно и во всей красе трусики Имиры, которые та оставила, когда Гунуа за ней пришёл. Но я ведь в комод надёжно спрятал.

Млять. Пиндец комоду, расхреначила его в щепки, одежда моя вывалена. Частично разорвана.

Позади служанка подгребает.

— Вы велели не заходить сюда, господин, — произнесла вибрирующим голоском. — Но сейчас — то можно прибраться?

Оборачиваюсь на неё. Глазища карие таращит, перепуганная до смерти.

Кивнул ей, сжимая челюсть. И рванул на выход.

— Почему мне никто не доложил, что она едет!! — Кричу на всех пятерых бойцов, что вышли на переполох во главе с Роконом.

— А мы тут причём?— Возмущаются в ответ. — Налегке они за день домчали. Да и на мужиков не гневайся, ты скачешь магией, куда вздумается, нам не говоришь. Как тебя ловить?

Сажусь на ступени, за голову берусь. Мысли в отчаянной башке собрать хочу. Вот же... только я подумал, что пора бы наладить наши отношения. Она ж даже ко мне поехала, не выдержав разлуки. И где меня искать? Если про универ никто не знает. Только на Утёс ей в голову и пришло рвануть. Зная Нелли, как тогда из комнаты ветром встречать летела. Милая моя кошечка. Так и сейчас… Переступив через свою гордость, решилась помириться. И получила удар.

Да после такого она возненавидит меня по — настоящему. Потому что если действительно любишь, мир внутри тебя, что был мыслим с любимым, что был связан только с ним, разрушится, ссыплется, обвалится. И на его месте останется пустота, освободившая твои мысли. А когда оправишься всё же, взглянешь на всё мудро и с наученным цинизмом.

А для меня станет поздно. Да кого я обманываю? Уже поздно.

Долбаный идиот за двумя зайцами погнался.